Евгений Афанасьев - Угол зрения

По вопросу свойств лесных почв, честно признаюсь, я со специалистами не консультировался. Может они обладают таким свойством, что в момент подписания договоров посади в них оглоблю — телега вырастет, а после того как просыхают чернила на договорах и участники подписания — сунь дерево, а выйдет пень. Может, и так. Но вряд ли.

Поэтому я допускаю более простую версию. Скажем, договаривающиеся стороны имели ввиду не восстановление леса, а набивание собственных кошельков. Для последнего было совсем не обязательно знать, на какой почве растут деревья в квадрате 75. Главное, что деревья там были. А значит, «Союзфоринвест» мог их спилить и продать. Что и делает, отгружая, в частности, нашу берёзу в Швецию, Грецию и даже в Арабские Эмираты по 32 доллара за кубометр.

Правда, господин Минченков утверждает, что «зелёненькие» его фирме нужны для благого дела. На доллары будет закуплено оборудование по переработке древесины, которое СП установит в посёлке Торошино Псковского района. Почему его нельзя установить в нашем районе, например, в Новоселье, где довольно приличный, с подъездными путями и механизацией, нижний склад лесхоза? Вопрос логичный, а ответ на него мне видится такой: наш район СП рассматривает лишь в качестве сырьевой базы. Ко времени, когда будет накоплена необходимая для закупки заграничного деревоперерабатывающего оборудования сумма (а это не менее полумиллиона долларов), наши леса останутся разве что в воспоминаниях старожилов, грабить будет нечего, то есть для «Союзфоринвеста» мы неперспективны.

Такие вот у меня небезосновательные подозрения.

Ну а что же родненький мехлесхоз? Он попался на удочку заезжим бизнесменам по наивности али по другой какой причине? Тут, как говорится, тайна покрытая мраком. Хотя некоторые признаки благоволения, несмотря ни на что, отдельных лесхозовских деятелей к ушлому партнёру имеются. Вот составленный тамошними специалистами акт на взыскание с СП крупного штрафа за несвоевременную расчистку лесосек. А вот другой акт, подписанный другими специалистами, но того же лесхоза, свидетельствующий, что лесосеки в полном порядке и, стало быть, никаких штрафов платить не надо. И никакие штрафы не платятся.

Павское и Толстяковское лесничества, принадлежавшие Порховскому и Псковскому районам, но хозяйничавшие в лесах нашего района, после многолетних споров во властных кабинетах наконец-то перешли в ведение Стругокрасненского лесхоза. Сейчас идёт соответствующее оформление документации. И знакомство новых хозяев «с приобретением». Увы, не всегда радостное знакомство. <���…>

Наконец-то свершилось. Толстяковское лесничество, с 1947 года бывшее чужеродным телом в наших лесных массивах и подчиняющееся Псковскому лесокомбинату, а затем лесхозу, с 1 сентября переходит под юрисдикцию наших районных лесоводов. По чьей вышестоящей прихоти и зачем здешние, а также хрединские леса были изъяты из ведения района и переданы в чужие руки, разговор особый. Но таким решением нашим лесам нанесён урон немалый. В этом проверяющие — председатель районного комитета по охране природы В. Реусов, ведущий специалист отдела облкомприроды Ю. Ильин и ваш корреспондент убедились, побывав в толстяковских борах.

Впрочем, в беседе с нами руководитель лесничества Н. Шляхтова и её помощник В. Егорова признали, что здешние когда-то прекрасные боры уже повырублены, спелые хвойные леса остались только в труднодоступных местах. Оно и понятно. Псковичи, получив в пользование чужое, не дремали: до 70 процентов добываемой в Псковском районе древесины они вывозили из здешних боров. Нина Ефимовна, лесничий, заверила, что вырубки лесов они компенсируют лесопосадками, но согласилась: для полного лесовосстановления потребуются многие десятки лет.

Руководители лесничества пытались убедить проверяющих в том, что работники лесничества делают всё возможное для наведения порядка в лесопользовании и восстановлении лесов. По их словам, лесничество считается едва ли не показательным во всей Псковской области.

Но, побывав на лесосеках, мы увидели всё те же «порядки», к которым и у нас привыкли: захламлённые лесосеки, остатки брошенной древесины и древесных отходов. И мёртвое царство пней.

В одном из квадратов, среди уже произведённых лесопосадок, увидели штабеля заготовленных дров. Они теперь так и останутся гнить — по лесопосадкам к ним не подъехать. Неужели нельзя было эти дрова вывезти прежде, чем высаживать здесь саженцы?