Приветна рощ и нив манящая прохлада
В заплатах золотых распаханных полей,
Немолчен шум стрекоз и резкий скрип цикады
На солнечной жаре в игре густых теней.
Смеркался свет земной,
стремясь к вершинам дальним,
И солнечный закат разлился за горой,
Лишь ветер выдувал прощально и печально:
Все бренно на земле, но вечен мир живой.
31/07/12 Фест, «Леоники»
Нескорая осень ветрами дра́знится,
Сквозь август сентябрь заглянул в лицо,
И тенью большой минувшего праздника
Кружит «миллениума» кольцо.
Разъехались толпы по разным странам,
Разбежались, к делам возвратясь привычным,
И теперь непонятным кажется, странным
Недавнее внимание к наградам и отличьям.
Город затих, он словно вымер,
На улицах ни души одной,
Неба тяжелого низкое вымя
Дождь готово доить проливной.
Скоро пройдёт карнавал в Ноттинг Хилле,
Превращая Лондон в приют иностранцев,
Четыре миллиона загорланят или
Извиваться будут в бесовских танцах.
Из афроазиатской выбираясь преисподней,
Свистя, прихлопывая, приплясывая ногами,
Они, как когда-то овцы господни,
Покой английский сожрут с потрохами.
А пока разомлевшие от скуки и лени,
Они будто праздные бояре тут,
И бродят в автобусах чёрные тени,
Ямайские ритмы наяривают.
16/08/2012 Лондон
Вид из окна в Сент-Квентин
Каштан ажурный выткал лист
На шёлке неба голубого,
Нет мира, кажется, иного,
Чтоб был прозрачен так и чист.
На окнах паутины нить,
В неё свернулся вьюн засохший.
Не слышно соек заполошных,
Им, видно, некуда спешить.
И ровный ряд кирпичных стен
Вкруг выстроился нотным станом,
В нём согласованно и странно
Запела вертикаль антенн.
Гудков раздастся первый звук,
Отпев ушедший день вчерашний,
И молоко наполнит чашу
Из добрых материнских рук.
В душе так ценим мы не зря
Целебный ясный отблеск света,
Последнее веселье лета
Пред томной грустью сентября.
18/08/2012 Лондон
Затуманились ветви берёз,
Загрустили о лете прошедшем,
Под дождём, к нам внезапно забредшем,
Мокнет луг, что травою зарос.
И белёсых небес пустота
Так и тянет для призрачных странствий,
Погрузиться в безмолвье пространства
И запрятаться в нём на века.
Ловит влагой воздушный покров
Бесприютные тени как в сети,
Облака, словно малые дети,
Стайкой прячутся в кромке лесов.
Вот и август покойно отцвёл,
Полыхнув золотыми шарами,
Осторожно пробравшись дворами,
К нам сентябрь с прохладой забрёл.
03/09/12 «Золотые ключи»
Памяти Дмитрия Плавинского
В ярком свете чуть теплятся свечи,
Хор на клиросе скрыт за стеной,
Вот лежишь ты, цветами рассвечен,
Упокоясь от жизни земной.
Что ж, работал так рьяно и зримо,
На износ, как состав под откос,
Крест, что в многих являлся картинах,
Ты по жизни незримо пронёс.
И, в себя непреклонно поверив,
Не просил ты даров от судьбы,
Снегирёв, и Немухин, и Зверев
Были дружбой с тобою горды.
Не боялся отчаянной драки,
Посылая и в Бога и в мать,
Но прослыть на Руси забиякой —
Эка невидаль, можно сказать.
И, не каясь в земных прегрешеньях,
Пусть с похмелья дрожала рука,
Тонкий штрих рисовал с наслажденьем
То, в чём тлела и грелась душа.
Как на камне узор африканцев
Сохранился за тысячу лет,
Так кружит, словно в сказочном танце,
Бесприютной «Собаки» скелет.
Всех восторгов и «охи» и «ахи»
Телеграмм не опишет строка,
Ведь узоры твоей «Черепахи»
Расползлись сквозь миры и века.
Снов-офортов твоих отпечаток
В чутких душах оставил свой след,
Прославляя число и порядок,
Создавая Вселенной макет.
Проступают виденья из пыли,
Словно древнего времени срез,
Азиатские степи взрастили
К миру вечному твой интерес.
И Америка грешного сына
Приняла из российских глубин.
Не сложилось. Простая причина:
Знать страдальной России ты сын.
Так художник от века до века
От земли оторваться не мог,
Где так трудно жилось человеку,
Да поможет нам вера и Бог.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу