Рассадов
Да если бы я мог, из сердца пули лил.
И если Бог не даст и если сгинем,
То красных все ж прибавится могил.
Загнав коня, уже не жалко сбрую…
Гвоздев
Вот именно – загнав, победу упустили —
Недавно ведь под Тулой были,
А нынче – за Юшунью.
Рассадов
Такого, помнится, вы мне не говорили.
Бог даст, вернемся к Туле.
Гвоздев
Еще вчера я сам бы взял себя за скулы,
И прикусил б язык.
Но мысль грызет давно,
Чем побеждает большевик,
И почему народ за них идет отважно?
Я много передумал у Махно,
Когда сидел в плену с одним… неважно.
Бьет правда в мозг, как барабанная дробь, —
Мы для народа – баре,
Вот откуда вскипела смертная злобь,
Которая нас кипятком сварит.
Мы доблестью перешибаем обух зла,
Не просто зла, а векового гнева.
Ведь мы воюем «против», они воюют «за»…
И это «за» дало свои посевы.
У них – мечта о новом, она почти сбылась…
Рассадов
Мечта срубить всем непокорным шеи,
Свою склонив под новое ярмо
Антихристов евреев?
Сними уздцы – и стадо ринется само
С обрыва в воду.
Гвоздев
Народ уверовал в свободу,
Пусть ложен идеал,
Пусть цель не оправдает средств,
Из страха лишь солдат бы так не воевал.
Рассадов
Из страха, верно, не творят так много зверств —
Их вождь освободил от совести, морали…
Ты запрети им грабить и казнить,
Они бы лихо так не воевали.
Нет лозунга, который крови вкус бы смог перешибить.
Вкус крови… Я не хотел об этом говорить,
Но чую, что не свидимся уже…
Гвоздев
Рассадов
Вы помните Татьяну, медсестру?
Гвоздев
Вы что-то слышали о ней?
Я потерял ее, покинув госпиталь…
Да говорите же!!
Рассадов
Отбили мы Орехов к раннему утру,
Там раненых оставили, буквально на ночь,
Медсестры все остались с ними…
У офицеров стесаны все плечи напрочь,
У женщин не было голов, мы их отдельно хоронили.
Мерзавцы!!!
Что с вами, капитан?!
Гвоздев
(освобождаясь от руки Рассадова)
Я сам…
Уже получше… Господи, сестрица!
Вы опознали… голову?
Рассадов
Увы, я рад бы ошибиться…
Сигнал к атаке!
Ну, с Богом, если это дело богово.
Идемте мстить, иной идеи нет.
А все-таки…
Красивый был рассвет…
Крым, ночь на 27 ноября 1920 года.
Марченко
Командиры рот, ко мне!
Мы разгрызли Перекопа кость,
И скинули в море белую нечисть.
Но у нас в тылу, как в сапоге гвоздь,
Вольница с Запорожской Сечи.
Сегодня, когда закат зарежет день,
Мы должны окружить махновцев,
Но никого из них не брать в плен,
Сапогом гасить окурок кулацкого солнца.
Командир роты
Но, товарищ Марченко, как же…
Они шли в белую метель пуль
Через Сиваш – с нами – отважно,
И голову никто не гнул.
Марченко
Товарищ Фрунзе отдал Махно приказ —
Влить отряд в регулярный полк.
Но молчаливый был дан отказ.
Махно хочет жить, как степной волк,
Не подчиняясь ничьим приказам, —
А это мятеж, военный мятеж!
С волками нужно кончать разом,
И я вам приказываю – коли их и режь!
Командиры
Все ясно!
Исполним!
Ни один не уйдет!
Марченко
Прекрасно. По коням! Вперед!
Махновский отряд окружают красные войска.
Попов
Да что же это, братцы!
Комиссары бьют нам в спину!
Каретников
Не сдаваться!
Положем красных крыс в крымскую глину!
Куриленко
Сзади! Сзади!
Они заходят сзади!
Марченко
Поворачивай пулеметы,
Коси в упор большевистское стадо!
Братва, по коням, в атаку наметом!
Каретник, прикрывай спину отряда!
Каретников
Отходите обратно к Перекопу,
Кого ранят, себя добивайте!
Марченко, уходите галопом,
Мы вас прикроем, прощайте!
Расскажите Батьке о вероломстве,
И доблести махновских повстанцев!
Чтоб не зря наши истлели кости,
Если выпадет здесь остаться!
Огонь! Огонь!
Плюй, пулемет, горячей слюной!
Попов, да где ж мой конь?!
Наметом! В атаку! За мной!
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу