Дмитрий Дарин - Поспели травы

Так и сяк, перекосяк,
Кто не с нами, значит, враг,
И махновец и беляк,
Так и сяк, перекосяк!

Так и сяк, перекосяк,
Красной Армии кулак
Чует Врангель и Колчак
Так и сяк, перекосяк!

А ты пуля-то шальная не летай, не летай,
Ты товарища мово не сбивай, не сбивай!
Враг, не жди хорошего,
Порубаем в крошево!

Стой! Разойдись!

Командир, нашли схоронившихся гадов,
Тута, на окраине!

Это с госпиталя – раненые?

Долечить их пулей надо!
В расход белопузую сволочь!
Дай шашкой вдарю!
Окажем штыками первую помощь!
Давай гони их к комиссару!

Слушайте меня, я красный комиссар
Моисей Якобсон.
Я чищу Россию от старых бар,
Что давили всегда нас со всех сторон,
Как шею раба давит колода.
Эй, вы, посягнувшие на власть трудового народа,
Вы, кто хотели холеные пальцы сжать
На горле молодой свободы,
Она – вам не с офицерского борделя блядь!
Вы, наймиты мирового капитала,
На народ раззявили хищные пасти!
Итак!.. По приговору реввоентрибунала,
За сопротивление Советской власти
Я отдаю приказ – казнить. Казнить
Сурово, чтоб остальные до печенок запомнили!
Офицерам – срезать ножом под погоны кожу,
И звездами – гвозди в погоны вбить,
Чтобы все навсегда поняли,
Гнев народа – гнев Божий!
Вот единственный смысл православия,
Что из пятиглавых нужников прошлого
В новые души смердит до тошного.
Но пятикнижие – древней пятиглавия,
Нашим штыком под корень подкошенного.
Вот потому вы, золотопогонники чертовы,
Искупая грехи перед массами,
Будете истекать голубыми аортами
По воле рабочего класса.
Ну – пойте же «Аллилуйя»!
Пойте громче, хором,
Пока свежие парные струи
Не потекли из контрреволюционного горла.

Посмотрим, как пенится голубая кровица!

Небось как наша, рабочая – красная!
Кончай их, чего возиться!
Чего тянуть напрасно!

А что, товарищ, с сестрами милосердия?

Отдайте на потеху!

Бабам – отрезать груди и головы!
Пусть идее послужат жестокой смертью,
Низкая похоть – в борьбе за идею – помеха!

Комиссар, зачем так к санитаркам жестоко,
Не след красногвардейцам воевать с бабами.

Близоруко смотришь командир, однобоко,
Подстилки офицерские, они их снова ставят в строй,
Чтоб наши бойцы их пули ловили залпами,
Искоренять их под корень – мой долг… и твой!

Да на войне оно, конечно…
Но это – перебор, чтоб санитарки были казнены.

Командир, ты рассуждаешь политически беспечно.
Родство враждебному нам классу – уже залог вины,
Так говорит товарищ Троцкий – революции рупор,
Это – высшая степень защиты, здесь нет произвола,
Потому я буду засыпать трупами трупы,
Без разницы, какого пола!
А жалость твоя подозрительна, вредна, как болезнь,
Что лишает руку карающей силы,
А без силы ты революции бесполезен,
Как кулак с перерезанной жилой.

Взвод, исполнять приказ!
Вбивайте по самую шляпку гвозди
За то, что их предки рвали вашим
в поместьях ноздри!
Кто откажется, тех расстреляю враз!

Все, сейчас по хатам – на постой,
Не будут кормить – расстреливать.
Отдыхайте, товарищи, завтра – в бой,
Скоблить штыки от ошметков империи.
Кравцов, караулы за селом выставить,
Да не спать, здесь вам не полати.
Если что – будить выстрелом,
Мы с командиром – вон в той хате.

А что с этими? Куда свезти?

Еще раз говорю – не спите на посту!
И не забудь махоркой запастись.
А этих… бросим здесь, что тратить время попусту,
Уйдем вперед, их местные схоронят.
Что там, кто-то стонет?

Да бабе недорезали грудей.