Дмитрий Дарин - Поспели травы

Я, Каретников. А это члены штаба.
– Марченко.
– Куриленко.
– Попов.

Ну вот и свиделися снова.

А я то мучаюсь, где этот голос слышал.
Ты ж должен был давно в земле истлеть!

Вы что, знакомы?
Марченко, он что, твой брат? Ответь!

Да был бы брат, то весь давно бы вышел.

Что ихние, что наши комиссары – все одно,
Все норовят пихнуть в говно.

Петро мне лично докладал,
Что пуля вас с тем белым помирила.
А ты, так значится, сбежал.

С каким еще белым?

Видать, Петро тогда сбрехал.
Теперь не спросишь… зарубили.

Сереет небо, все, давай за дело.
Брод здесь. Учтите, десять верст пойдем
По пояс в ледяной грязи
Под шквальным артогнем.
Остановиться – Боже упаси.
Необходимо подойти к цепям как можно ближе

А как завязнем в жиже?

Сплюнь!

Ну выйдем из Сиваша, дальше?

Потом – в тыл белым на Юшунь
Походным маршем,
Их выбить из траншей и закрепиться.
А там по обстановке.
Трубите сбор, нам надо торопиться.

Задумано-то ловко…
Батька б это оценил.

А что ж он сам не вышел с вами?

Отходит от ранений.

Ну да, конечно… Не набрался сил.

Ты Батьку не марай своими комиссарскими словами,
А то не хватит сил для извинений.

Кончай гутарить!
Команда – строиться всем по три.

Ты комиссара… не оставь там без присмотра.

Добре.

Какой красивый день… Рассвет как полыхнул!
Как будто солнце звезд склевало просо,
Смотрите, к нам идет Туркул,
Орел, красавец просто,
С таким в любое пекло смело…
В неполных двадцать восемь – генерал,
А вы, Гвоздев, какой-то прелый…

Да я, поручик, плохо спал…
А солнце – словно мародер,
Что звезды с трупа неба обрывает…
И это не рассвет – костер,
Где всем сгореть я искренне желаю…
Я слышал, Фрунзе обещал пощаду тем,
Кто прекратит сопротивленье.

Вы, капитан, ополоумели совсем?
Дроздовцам ждать от красных снисхожденья?!
Сегодня мы дадим последний бой,
Да так, чтоб напослед умылась чернь своей холопской кровью!

Да сколько можно?… Все одно – конец.

От этих слов несет измены вонью!
Ведь ты ж дроздовец! Молодец!
Ты что, забыл, за что погиб Корнилов?
Как воевали Марков и Дроздовский?

Рассадов, бросьте, не до гимнов…
За нами – лишь земли полоска,
Что Фрунзе – на один укус.
Все красный скоро зальет потоп —
Мы вряд ли удержим Сарабуз,
Раз зацепиться не смогли за Перекоп.

Примерно через час – ударим в лоб.
Сегодня мы пойдем в атаку молча,
Равнение держа, с винтовкой на ремне,
Покажем доблесть белую в огне,
Врагу смеясь в лицо в оскале волчьем.
Пойдем, как могут лишь «дрозды»,
С орлами в гордых головах,
Привычный возвращая страх
Им под шинелишки худые.
В атаке разрешаю курить,
Но прошу, господа, – дорогие папиросы,
Чтоб, над вами склонившись, не мог пристыдить,
Докурив, в рваной тельняшке матрос.
Готовьтесь пасть в огне
Героями за белую идею.
Готовьтесь к бою, честь имею!

Вот это, капитан, по мне —
Красивый бой в последний раз!

Главнокомандующий уже издал приказ —
Мы оставляем Крым.
И думать надо уж, как выжить на чужбине,
А вам все в ноздри бьет сражений дым.