Владислав Дорофеев - Поколение судьбы

В державах жил и клоун умирал,
мне взгляд отца белье, носки соткал,
мне материнский плач белье стирал,
на поцелуй мне город хлеб продал.

1982.

Мирзоеву

Холодно в доме, промозгло и влажно,
губы краснеют, а пальцы, как лед,
грязная кошка настырно и важно
брюхо и лапу грызет и грызет.

Воздух нелепо насилует осень,
сытые груди целует, уста,
даму кромсает, еврейскую осень,
звук, как сползает по грудям коса.

Прыгает кошка меж бедер в калитку,
прыгаю вслед я стрелой из пупка,
вижу, как яблоко лижет улитка,
сухостью пахнет кольчуга из мха.

Свечи истают на белую площадь,
вместе сливаются кровь и роса,
холодно, в кошке мяукает лошадь,
стекла и время темнее в грозу.

Видишь, составил бочонком ладони,
свет потухает за ширмой из них,
пальцы просят тепла паранойи,
хочешь, вылеплю пальцами стих?

Ум потеряю, сижу и играю,
странно, наверно, от осени блуд —
рядом в саду, когда вышел, гуляю,
с трубами дом или спящий верблюд.

1982.

Я начинаю жить под толстым одеялом,
на месте губ – ночные бархатные губы,
на месте рук пугающий оттенок грусти,
грудь пахнет воздухом и пахнет свежей смертью.

1982.

Ирод взял в жены Иродиаду с дочерью Саломеей.
Иоан уже заключен в тюрьму Иродом.
Страннику, Иоану, Саломее по тридцать лет.
После нагорной проповеди. На пиру Ирода танцует Саломея.
Иродиада уже отвергнутая Иоаном.
Танец велик и совершенен, Ирод обещает все за танец.
Саломея, подговоренная, все просит за танец.
Принцип вседозволенности. Ирод приносит голову.

Саломея
Для тебя танцевать я хочу.
О, Тетрарх! Тетрарх!

Иродиада
Взгляд, понурый долу,
подыми,
дочь моя танцует,
посмотри.

Ирод молчит, забавляется четками,
напряженное сердце трепещет,
к горлу черный комок поступил.

Гость
У ног твоих, белая птица!
Миры и пространства легли,
я чувствуя танец последний —
кончаются мир и пиры!

Ирод
Я чувствую странное зарево,
гроза ударяет мне в кровь.
У ног твоих, чеpная птица,
я брошу с кинжала свой рок.

Иродиада (ее слова таковы, как их слышит Ирод)
О, музыканты и гости седые,
забудьте на миг о судьбе.
Ах, сердце мое изнывает слезами.
Пускай моя дочь протанцует судьбу.

Саломея
Свою тайную мысль оставляю,
пронзенное сердце свое стерегу.
Кто миру из сердца прибавил забавы,
пусть будет моим на еврейском пиру.

Ирод
О, мои соплеменники крови,
тридцать лет проклинаю судьбу.
Я пошёл против иска по крови,
а жрецы разглашают молву.
Не желал я обмана истории,
не хотел я обидеть всевышних рабов,
пожелал умертвить я младенцев
за черное детство будущих снов;
только пахари неба больные
приготовили жалкий обман —
закрыли младенцев в безвестной пустыне.
Сегодня тридцать лет!
Тот, первый, говорят,
у узника крестился,
вторая – дочь жены моей.
Обмануты, история
и мать моих детей.

Хор (женский)
А бог, как балерина,
укрытый пелериной,
а конь идет из тени —
он зеленей растений,
и из ресницы
слеза сбегает птицей.
Река засуетилась
и воину взмолилась:
«Пойдешь, следы не пачкай,
которые в раскачку
живут две тыщи весен,
оставить их на осень
дед посулил внучатам —
двойняшкам-паучатам:
воспитывать коровам
отдал их, а не совам,
родились будто мыши,
а под великой крышей;
отец им – дух, и тени
и ласковых спасений
приносят, и сомнений».
Кто нужен, тот родится,
а лишний не годится.

Автор
Над башнями солнце садится,
белеет печальная кровь,
тяжелые плечи пустыни
и те потеряли любовь.

Ирод
Я в жертву тебе жизнь брата принес,
танцуй, Саломея и злая любовь.
Я знаю, ты ненависть держишь
в себе за отца своего.
Танцуй же великая Лесба,
прибавь к убиенным еще одного.