Но он сказал: "Дороги врозь.
Уйди, мирской задайся целью."
Я умер. И услышал глас:
- "Ты - хитроумный человечек,
Неисчерпаем твой запас
Фантазий и пустых словечек."
Я перья выщипал уму,
И дурачком прослыл базарным.
Монет мне не кладут в суму,
Лишь дарят крошевом сухарным.
Вдруг он сказал: "Ты стал свечой
Для нашего всего собранья."
Я не поверил: "Милый мой,
Где ж свет? Лишь дыма колыханье."
А он сказал: "Теперь, ты – шейх,
Ученья жаждущим - наставник."
Меня же нервный корчил смех,
Я так ответил: "Ты забавник!
Как я могу учить других,
Когда страдаю от бессилья?
Коль хочешь, чтобы я затих,
То мощные отдай мне крылья!"
А он сказал: "Я не могу.
Крыл передача невозможна.
Свои лишь можно на бегу
Расправить, только осторожно."
Но я хотел ЕГО крыла,
Метался, чувствуя цыплёнком ...
Но вскоре новые дела
Мне в уши пропищали тонко:
- "Не суетись! К тебе идёт
Неслыханная Соразмерность!"
Вдруг старая любовь зовёт:
"Вернись!" … Ей отвечаю: "Верность!"
* * *
Ты – солнце! Светел и высок.
Я – только тень на стенке ямы.
Ты – полирующий брусок.
Я – заскорузлый пень упрямый.
Душа, как тёмная вода,
Льдом покрываясь на рассвете,
Лишь днём, оттаяв, может "Да,
Спасибо!" солнышку ответить.
Венера на закате, вновь,
С Луной сливаясь постепенно,
Преобразуется в Любовь,
И в ночь бездонную вселенной.
Не говоря ненужных слов,
Безмолвные свои фигуры
Гроссмейстер, словно зверолов,
По полю гонит взором хмурым.
Мне улыбается в ответ
Пленительной своей улыбкой ...
Не буду подавать совет,
Дабы не сделаться ошибкой !
Диван Шамса Тебризи, # 1373
СЛОВНО ЭТО
Видать ему не довелось
Прекрасных гурий силуэта?
Накидку верхнюю отбрось,
И дай ему увидеть ЭТО!
Впивать ему не довелось
Дух розы мускусной букета?
Головку опростоволось,
И дай ему понюхать ЭТО!
Ему ослепнуть не пришлось
Oт пары чёрных вспышек света?
Чадру с лица, царица, сбрось,
И пусть его ослепит ЭТО!
Ни разу девственная плоть
Сияньем лунным не согрета?
С груди своей покровы сбрось,
И дай ему потрогать ЭТО!
Из мрачных туч не довелось
Зреть пурпур нежного рассвета?
Ты юбки медленно отбрось
И пусть его захватит ЭТО!
* * *
Наивно спросит молодежь:
- «А ростом высоки ль поэты?»
Ты бровь косую обведёшь
и молвишь тихо: «Словно ЭТО! »
А если спросит молодежь:
- «Как гибнут от любви поэты?»
На труп мой взглядом поведёшь
И молвишь тихо: «Словно ЭТО! »
Но если спросит молодежь:
- «Как воскрешает Бог поэтов?»
В рот поцелуешь и вдохнёшь
Жизнь новую мне - словно ЭТО!
* * *
Во тьме душа бежит из тела,
Но возвращается с рассветом.
А кто не верил в это дело,
Знай, ты вернулась - словно ЭТО!
Когда Возлюбленная стонет,
За душу нежную задета,
Прислушайся! Ведь гул агоний -
Глас Истины, вот, словно ЭТО!
Я – небо, дом для жизни духа.
Живи в глубинах синих цвета,
Покуда бриз тебе на ухо
Секреты шепчет, словно ЭТО!
Тому, кто спросит: «Что мне делать?»
Зажги в руке источник света,
Как Шамса нам свеча горела ...
И Шамс вернётся, словно ЭТО!
Диван Шамса Тебризи, # 1826
ТРЕСНУВШАЯ ВАЗА
Вообрази момент, когда частица,
Которой ты являешься на деле,
Опять с тем целым воссоединится,
От коего отделена доселе.
Представь то долгожданное мгновенье
Конца твоих, увы, нелёгких странствий -
Родни восторг и сладость возвращенья
Семьи любимца, выход из пространства.
Вино польётся в рты, помимо кубков,
В граните вспыхнут алые рубины,
Увидишь, как преобразится жуткий
Мирок твой тусклый, заблистав павлином ...
* * *
Однажды, мы с приятелем-монахом
В стенах монастыря его бродили,
И, движимые тем же Божьим страхом,
Духовные свои дела сравнили.
Мы делаем похожую работу:
Посты, молитвословье на рассвете,
Одолеваем леность и зевоту,
Хоть мелкие грешки творим в секрете.
Он подарил мне треснувшую вазу ...
Душа моя, как эта ваза, страстью
Читать дальше