Мэгги Дэвис - Телохранитель

Внимательно изучая меню, Франческа краем глаза заметила Джона Тартла, сидевшего за угловым столиком так, чтобы все время держать ее в поле зрения. Поначалу метрдотель принял его, одетого в легкий летний костюм, белую рубашку и галстук в полоску, за ее мужа.

Обед с Гербертом Остроу удался. Франческа наслаждалась его остроумием, ощущая, помимо всего прочего, чувство облегчения от того, что покинула «Золотые Ворота».

Когда наступила очередь десерта и появилось специальное меню, то, взглянув мельком на бесконечное перечисление сладостей, все эти взбитые сливки, «наполеоны» и лимонные торты, Франческа отрицательно покачала головой. Она была довольна собой, тем, что смогла проявить силу воли и не поддаться искушению.

Франческа рассказала Герберту Остроу, что полудила приглашение в «Сихэмптон», дом миссис Карлтон Хэмптон. Эту даму, которой шел девятый десяток, называли не иначе, как «королева Палм-Бич».

— Вам повезло. Есть люди, которые всю жизнь мечтают получить приглашение от Квинни Хэмптон, — заметил Герберт. — Обязательно навестите ее. Не упустите случая.

— Даже не знаю, — тихо произнесла Франческа. — Я вообще-то собиралась пожить уединенно. Я просто не создана для светской жизни. Мне не позволят забыть, что я всего лишь дочь шофера, недавняя служащая. И совершенно понятно, что меня приглашают на чашку чаю для того, чтобы поглазеть на нечто любопытное.

— Ну и что в этом такого? В Палм-Бич живет разношерстная публика. Его, конечно, строгие дамы, слепо соблюдающие традиции, не хотят допускать в свой узкий круг откровенных выскочек. И это не так уж плохо. Эти леди поддерживают определенные правила общественной жизни, которые держатся десятилетиями. Правда, традиции, как и нравы, постепенно меняются. Разводы уже давно перестали быть редкостью, мужчины больше не заводят любовниц, после развода они снова женятся на молоденьких подругах. А женщины в возрасте остаются одинокими, чувствуют себя никому не нужными. Им не так уж просто выйти замуж, даже обладая изрядным состоянием. Женщин по-прежнему больше, чем мужчин, соотношение примерно четыре к одному. Думаю, не стоит говорить, что такие женщины ненавидят молодых удачливых соперниц, вышедших замуж по третьему и четвертому разу.

Франческа отпила кофе.

— Я видела подобные пары, — пробормотала она. — Совсем молодые девушки при солидных мужчинах.

— Да, теперь такое встречается все чаще. — Он усмехнулся. — Вы встретите в местном обществе самые странные семьи. Есть одинокие женщины в возрасте, получившие при разводе поместья и особняки, а порой и довольно крупные состояния, с другой стороны, их бывшие мужья со своими юными подругами, а то и с новыми семьями, в которых дети годятся им во внуки. А здешние свадьбы — это вообще кошмар! Ты подходишь пожелать, что положено, к невесте в возрасте старшеклассницы — а она оказывается четвертой женой какого-нибудь старика! Порой невеста выглядит моложе будущей падчерицы. Вам, безусловно, придется иметь со всеми ними дело.

Такая перспектива, говоря откровенно, не слишком-то привлекала Франческу. Герберт Остроу тем временем продолжал:

— Квинни Хэмптон, наверное, единственная из старожилов, у которой еще остались влияние и авторитет в этих краях. Квинни до сих пор живет в собственном особняке и не желает перебираться в дом престарелых. Разумеется, она уже нигде не бывает и живет в Палм-Бич круглый год. Злые языки утверждают, что она живет лишь для того, чтобы совать нос в чужие дела. У нее феноменальная память, она могла бы перечислить вам все, что произошло в Палм-Бич за все эти годы. Если захотите, она может многое рассказать вам о семействе Бладвортов.

Франческа в задумчивости произнесла:

— Немного побаиваюсь ходить на приемы. В ее записке всего несколько слов: «Приходите на чай, четыре пополудни» и потом адрес: «Сихэмптон». Моя горничная сказала, что приглашение на чай в былые дни подразумевало длинное вечернее платье со шляпой и белыми перчатками.

Герберт Остроу улыбнулся:

— Не думаю, что Квинни Хэмптон ждет к себе персонаж из «Моей прекрасной леди», но про шляпу можно подумать. Во всяком случае, если приглашает на чай одна из почтенных пожилых обитательниц Палм-Бич, то почти всегда вас ожидают сыры, крекеры и кофе «Манхэттен». Они просто помешаны на этом кофе! Но если миссис Хэмптон зовет на чашку чаю, то она имеет в виду именно его. А еще — чайный сервиз XIX века от Спода, сандвичи со спаржей и слугу, выросшего в ее доме и еле держащегося на ногах от старости. Он, по рассказам, очень похож на фельдмаршала Монтгомери в старости.