Карли Филлипс - Сердцеед

Слоун даже покраснела.

- Я так виновата. - С того момента как она подслушала разговор Роберта и Фрэнка, она искала то Самсона, то утешения в объятиях Чейза. В ущерб работе, друзьям, собственной жизни.

Но вот она вернулась домой, но думать могла только о тех, кого она оставила. Она уже не чувствовала, что ее жизнь здесь. Ей не хотелось вливаться в нее с тех пор, как она вернулась из Йоркшир-Фоллза.

Аннелиза постучала по столу:

- Ты меня не слушаешь.

Ее подруга заслуживала лучшего.

- Аннелиза, я в самом деле виновата, - сказала Слоун. - У меня сейчас кризис, и… думаю, что должна справиться с этим сама. - Она глубоко вздохнула. - Кое-что произошло в моей жизни.

- Я знаю. - Аннелиза достала из сумочки газету. В последние дни Слоун газет не читала, не желая знать, когда подробности ее частной жизни станут достоянием публики.

Аннелиза положила газету перед Слоун.

- Майкл Карлайл не твой отец, а настоящий отец - некто по имени Самсон. А еще в эту статью приплели какую-то скандальную историю. - Она говорила спокойно, без злости. - Я прочитала об этом в газете. Я хочу, чтобы ты знала - ты можешь положиться на меня. - Ее голос звучал скорее обиженно.

Слоун прочитала заголовок на первой полосе:

«Отец настоящий или нет? Сенатор Карлайл достал скелеты из семейного шкафа».

- Уфф, - выдохнула она, но, пробежав глазами по странице, обнаружила не претенциозное изложение фактов, а объективную историю своей жизни, анализ причин всего произошедшего. Никаких грязных инсинуаций в адрес сенатора не было.

И это потому, поняла Слоун, что автором статьи в газете «Вашингтон пост» был Чейз Чандлер. Заголовок и преамбула были выбраны явно не им, она была уверена в этом. Вдруг она почувствовала гордость за него, за то, что мечта его жизни наконец-то сбылась.

Он раскрыл семейные секреты Карлайлов, в том числе историю случайного ранения Слоун так, что выставил всех в выгодном свете, и Самсона в том числе. Она усмехнулась, представив себе, как трудно было Чейзу сделать все так деликатно. Что ж, история вышла наружу, и она молила о том, чтобы карьера Майкла не пострадала от этого.

Медленно она подняла глаза и встретилась взглядом со своей подругой.

- Это была кошмарная поездка, - согласилась она. - Даже местами опасная.

Аннелиза кивнула:

- И я вижу, что очень утомительная.

Слоун вздохнула:

- Это еще слабо сказано. Думаю, что смогу рассказать тебе обо всем. И я рада, что все опубликовали. - Она протянула подруге руку: - Спасибо за понимание.

Аннелиза кивнула:

- Я же твоя подруга, Слоун. Это значит, я всегда готова выслушать тебя. Если захочешь рассказать о парне, о котором ты мечтаешь, я здесь.

- С чего ты взяла, что я о ком-то мечтаю? - Слоун спросила после паузы и глотнула кофе. Напиток был слишком сладким, и она сморщилась. - Это что, написано у меня на лице?

- Даже не сомневайся. Ты выглядишь несчастной, и дело вовсе не в семейных проблемах. Если ты спросишь, откуда я узнала, я могу рассказать. - Аннелиза облокотилась на стол и задела локтем образец ткани. - Кстати, мне нравится этот рисунок.

- Называется сетка. - «Что-то подобное, с птицами, было на стенах в "У Нормана"», - подумала Слоун.

А вот еще одна странная вещь: маленькая забегаловка, лишенная какого-либо стиля, привлекала Слоун больше, чем подобные места в Вашингтоне. Она скучала по истрепавшимся птичкам.

- Отлично, твое тело, может быть, и здесь, но мысли витают в облаках. - Аннелиза взяла сумочку. - Позови меня, когда надумаешь поговорить, хорошо?

Слоун кивнула:

- Хорошо. И еще раз спасибо.

Позже, когда Аннелиза ушла, Слоун заставила себя сесть за телефон и проработать список неотвеченных вызовов с автоответчика. Когда зазвонил телефон, она обрадовалась, что хоть немного отвлечется от работы.

- Алло?

- Привет, милая, - ответил голос Мэдлин.

Слоун была так рада поговорить с кем-то, от кого у нее нет секретов.

- Привет, мам. Где ты?

- Мы с твоими сестрами ходим по магазинам. Вернее, я работаю у них шофером, а себе купила лишь несколько вещей. Просто мне захотелось услышать твой голос, и я решила позвонить. - Мэдлин засмеялась, но голос ее дрожал.

Она до сих пор переживала, что ее дочери угрожала смертельная опасность.

- Я в порядке, - уверила она Мэдлин, хотя мачеха и не спрашивала об этом. Мэдлин не хотела, чтобы Слоун знала, что она все еще волнуется. - Я пытаюсь войти в рабочий ритм.

- Ну и как, получается?

- Не очень, - засмеялась Слоун. - Не до конца.