Шобха Де - Одержимость

— Прошу тебя… не надо. Я виновата перед тобой. Прости… прости меня, умоляю…

Минкс холодно смотрела на нее.

— Что тут прощать? Ведь вы все такие, похотливые шлюхи! Все-то вынюхиваете, высматриваете… Тупая, вероломная, неблагодарная дрянь! Ну почему?! Почему ты такая же, как они?.. Да, это была моя ошибка — я думала, ты изменилась. Я тебе даже начала доверять… Немного. А ты меня обманула! Этого я не люблю, ты знаешь. Так что придется тебя наказать. Мне тоже не хочется, но ничего не поделаешь — надо.

У Амриты подкосились ноги. Она распростерлась на полу. Подползла к Минкс, обхватила ее ноги.

— Я больше не буду, — твердила она. — Никогда, никогда в жизни! Умоляю, не делай мне больно…

— Закрой рот, сука! — Минкс нагнулась и ударила ее наотмашь по лицу. Потом рванула розовую домашнюю рубашку Амриты. — Дрянь! Я дала тебе все — лучшую жизнь, деньги, украшения! Все! Чего тебе еще недоставало? Ах, члена? Да? Так ты его получишь!.. — Минкс, как безумная, рвала на ней одежду, пока вся она не превратилась в клочки.

Амрита пыталась закрыться руками, но Минкс схватила ее за волосы и бросила на кровать. Амрита крепко зажмурилась и замерла. Она уже знала — сопротивление ни к чему хорошему не приведет. Лучше подчиниться.

Около минуты прошло в мучительном ожидании. «Куда она ушла?» — подумала Амрита, но открыть глаза так и не решилась. И вдруг, цепенея от смертельного ужаса, она услышала шипение зажигаемой спички и почувствовала дыхание на своем лице.

— Сучка похотливая! — Минкс поднесла зажженную спичку к ее ресницам.

Амрита дернулась, но тут же была вдавлена в кровать. По комнате поплыл резкий запах жженого волоса.

— Я тебе сейчас поддам жару, — усмехнулась Минкс и зажгла новую спичку.

Она спустилась ниже. Волосы на лобке у Амриты, в том месте, где они соприкоснулись с пламенем, вспыхнули и мгновенно сгорели…

Амрита поджала колени и закричала от боли. Минкс больно хлестнула ее по щеке.

— Заткнись! — заорала она. — Ты ведь хотела страсти? Жаркой страсти? Так получай! Думала, это все? Нет, красавица, я только начала! Я для тебя еще много сюрпризов припасла!

В попытке защититься Амрита схватила подушку и прижала ее к себе. Но Минкс швырнула ее на пол, навалилась и силой раздвинула ей ноги. Резкая, невыносимая боль пронзила Амриту Что-то твердое и длинное грубо и больно вошло в нее.

— Нравится? Нравится? Нравится? — приговаривала Минкс, вводя и вынимая орудие наказания. — Думай о нем! Вот что ты должна была чувствовать, если бы трахалась с ним!.. Давай! Ну, покажи мне, как ты это любишь!.. Ведь это же специально для тебя!..

Последнее, что Амрита запомнила, была Минкс, которая сидела на ней верхом и, откинувшись назад, хохотала словно безумная.

Сначала у нее перед глазами появился белый туман. Амрита медленно приходила в себя.

— Где она? — спросила она заплетающимся языком; страх мгновенно заполнил ее душу.

Она услышала над собой женский голос:

— Госпожа ушла час назад. Но с вами я.

— Вы кто?

— Сиделка. Меня зовут Рекха.

— Что со мной?

— Спросите мадам. Или доктора. Я только ухаживаю за вами.

Амрита огляделась. На трюмо стояла ваза с огромным букетом.

— Долго я так пролежала?

— Три дня, — ответила Рекха. — Вы очень ослабели. Мадам запретила с вами разговаривать.

Амрита снова окинула комнату безразличным взглядом. От руки тянулась трубка капельницы.

— Уберите это.

— Что вы! Нельзя! — всполошилась сиделка. — Давайте я вам лучше принесу апельсинового сока! — и она убежала.

Амрита попыталась сесть. Но не смогла даже поднять голову — силы ушли из нее, как вода в песок. Она чувствовала себя совершенно опустошенной и раздавленной.

Сиделка принесла сок, и вдруг раздался звонок в дверь. Сиделка даже бровью не повела.

— Откройте, — попросила Амрита слабым голосом.

Сиделка замотала головой:

— Мадам категорически запретила открывать дверь. Она скоро вернется. Я не могу открыть. Сожалею.

Амрита собрала последние силы и села на кровати, смахнув лекарства и опрокинув стойку с капельницей. Бутылка упала и разбилась. Видимо, взгляд у нее был такой, что сиделка испугалась и пошла к входной двери. В комнату ворвалась миссис Аггарвал.

— Мамочка! Мамочка, я здесь! Помоги!

— Что случилось, девочка моя?! Что… что она с тобой сделала?

Амрита упала в ее объятия и зарыдала.

Сиделка стояла тут же и смотрела на них во все глаза. Амрита оглянулась на нее.