Хэрриет Гилберт - Белый танец

Саманта быстро поняла, что ей надо бежать оттуда, чтобы подумать о случившемся в спокойной обстановке, где она не будет слышать противного, издевательского смеха красивой любовницы Лучано.

— Ради Бога, замолчите наконец! — прикрикнула на нее Саманта, и Лючия подчинилась, глядя, как американка расхаживает по гостиной из угла в угол, погруженная в свои мрачные мысли.

Саманта осознавала, что в любую минуту в комнату может кто-то заглянуть, поэтому быстро приняла решение.

— Вы живете в Генуе, да? — спросила она Лючию и, когда та кивнула, задала второй вопрос: — Как вы сюда добрались?

— Долетела самолетом до Венеции, а в аэропорту взяла напрокат машину.

— Прекрасно! — Саманта выхватила у Лючии сумочку и стала искать ключи от зажигания.

— Что вы делаете?! И куда это вы собрались? — всполошилась итальянка, когда Саманта стремительно направилась к двери. — Вы не можете забрать мою машину и уехать, не сказав ни слова!

— И то правда!

Саманта вернулась, схватила со стола газетную вырезку и прикрепила ее к верхнему краю зеркала. Затем вынула из своей сумочки губную помаду и большими печатными буквами написала на серебристой поверхности: «Думаю, все ясно!».

Сообразив, что не может оставить Лючию, которая непременно сотрет ее послание, Саманта схватила красавицу за руку и потащила к двери.

— Что вы себе позволяете?! — возмущалась та, упираясь. — Немедленно уберите от меня руки!

— Заткнись! — грубо цыкнула на нее Саманта. — Если я услышу еще один писк, то сделаю из тебя котлету. Так что веди себя тихо и делай что говорят!

Угроза, которую она высказала исключительно для устрашения, подействовала — Лючия больше не сопротивлялась.

Ничто не пропадает зря, мрачно похвалила себя Саманта за то, что не напрасно облазила этот дом вдоль и поперек. И хотя ее усилия, продиктованные заботой о защите и безопасности Лучано, как оказалось, были заведомо ненужными, сейчас ее предусмотрительность позволила ей и Лючии незамеченными пробраться по узкому темному коридору и через боковой выход улизнуть из дома.

Маленький «фиат» Лючии стоял под раскидистым деревом. Саманта молча толкнула итальянку на пассажирское место, сама села за руль и, запустив двигатель, помчалась прочь от дома.

В голове у нее не было никакого плана, когда она поспешно удирала с виллы Гранди. Саманта знала только, что ей надо побыть какое-то время вдали от Лучано. По расчетам Саманты, ее должны были хватиться не раньше чем через час, поэтому она располагала временем обдумать свои дальнейшие действия, а также понять, почему Лучано утаил от нее арест Марио Арпино.

Лючия, сидевшая рядом с ней, имела бледный вид. Саманта спускалась по горному серпантину на довольно приличной скорости, и на одном крутом повороте крошечный «фиат» так занесло, что он встал на два колеса. Итальянка громко ахнула от страха.

— Куда… вы едете?

— Не знаю, — зло ответила Саманта. — Куда ведет эта дорога?

— В Венецию, — пролепетала Лючия, едва дыша от испуга.

Саманта вспомнила, что паспорт и деньги при ней, поэтому она легко может покинуть Италию, где в настоящее время ей уже нечего делать. Лучано, с которым она не хотела встречаться, пока как следует не обдумает всю эту ситуацию, мог легко найти ее здесь. Она потребовала от Лючии, чтобы та показывала ей дорогу в аэропорт.

Добравшись туда без приключений и даже не попрощавшись со своей спутницей-соперницей, Саманта купила билет на ближайший самолет, вылетавший в Нью-Йорк. Оттуда она местным рейсом добралась до Вашингтона.

Но и сейчас, полтора месяца спустя, Саманта все еще не знала причину, по которой Лучано скрыл от нее арест Арпино. Доналд и Хелен, в доме которых она прожила около двух недель после возвращения из Италии, ничем не могли ей помочь.

— Мне очень сложно что-либо советовать тебе в этой запутанной ситуации, — ответила Хелен Саманте, которая, наверное, уже в десятый раз просила невестку помочь ей разобраться в отношениях с Лучано. — Мужчины вообще сложные существа и в лучшие-то времена.

— Дело в том, — рассуждала Саманта, вышагивая по просторной мастерской Хелен, — что даже если эта ужасная Лючия нагло врала мне, остается вопрос, почему Лучано притворялся, что его жизнь по-прежнему находится в опасности? В конце концов он мог сказать: «Этого парня арестовали, давай съездим к моей матери и проведем там несколько дней». Зачем надо было огород городить?

— Честное слово, не знаю, дорогая, — проронила Хелен, сосредоточенно мешая краски. — Я лишь помню, что он сходил по тебе с ума, если это хоть как-то может помочь тебе прояснить ситуацию. Он даже попросил у меня один из твоих портретов. Ну тот, который я написала в прошлое Рождество.