«Какой, к Дроту, трон? – ворвалась в мысли Кхалэ. – Он третий младший принц, а папаша его бессмертен. Скорее луна позеленеет, чем он дождется своей очереди на престол».
И все-таки я поступила скверно, навязав этому красивому мужчине столь неподходящую и унизительную роль.
«Бла-бла-бла», – сказала Кхалэ.
Она всегда умела поддержать.
Я сложила крылья. До сих пор, даже спустя неделю, их наличие изумляло. Привыкнуть к новому телу оказалось непросто. Первые дни я училась соизмерять силу, не забывать об острых длинных когтями. Сколько раз просыпалась в разбуренной постели, вся в перьях из выпотрошенных подушек! Помню, как пыталась почесать лицо и оставила на щеке три кровавые борозды. Впрочем, к тому моменту, как я закончила орать от ужаса, раны успели затянуться.
Зато в услугах маникюрши я больше не нуждалась. Теперь мои ногти напоминали миниатюрные обсидиановые ножи.
– Что мне с ним делать? – шепотом спросила я ведьму и кивнула в сторону эльфа.
Пожалуй, я была смущена не меньше своего трофея. Хорошо хоть старая особенность краснеть при малейшей неловкости этому телу была не свойственна.
– Делай, что хочешь, – ответила Кхалэ. – Можешь отвести его в гарем.
У меня есть гарем?
Вот эта новость! Я думала, отправляя меня за данью, Кхалэ шутила.
В груди словно стрекозы защекотали крылышками. Меня, как воздушный шарик, наполнил сладкий волнительный трепет. Любопытно-то как! Взглянуть бы одним глазком!
«Можешь даже двумя, – Кхалэ бессовестно встряла в мой внутренний монолог. – Только выбор там небогатый. Каждый раз, стоит тебе кем-нибудь увлечься, твой ревнивый муж находит способ с ним расправиться».
Мой муж. Мой неуловимый загадочный муж, которого я до сих пор ни разу не видела.
Я с тревогой посмотрела на эльфа. На миг наши взгляды встретились, и в лицо будто плеснуло жаром.
Не хочу, чтобы Сивер ему навредил.
«Пока можешь об этом не беспокоиться».
Почему? Что это значит?
Кхалэ тяжело вздохнула:
– Пойдем, покажу тебе дорогу в гарем.
Она взмахнула рукой, очертила в воздухе огненный круг и исчезла в открывшемся портале.
В голове раздался удаляющийся голос: «Встретимся в главной галереи западного крыла».
Как будто я знала, какая из галерей западного крыла главная и вообще где именно это западное крыло находится!
Но Кхалэ уже скрылась, и надо было отправляться следом, пока моей растерянности не заметили.
Я повернулась к эльфу. Вечер виртуозно изображал каменного истукана. Каменного истукана с горящими ушами и дрожащими пальцами.
Нервничает? Боится меня?
Знал бы, в каких растрепанных чувствах я сама.
Самостоятельно эльфы летать не умели – мне предстояло снова его обнять. Прикоснуться к гладкой, будто сияющей коже, ощутить крепость мускулов. Теперь, когда я была более или менее спокойна, мысль отозвалась внутри томлением.
Заметив, что я приближаюсь, Вечер опустил взгляд. Сжал кулаки. Я услышала, как еще отчаяннее зашлось эльфийское сердце. Интересно, о чем он думает? Страшится неизвестности? Горюет о своей участи? Ненавидит меня?
Я обошла его и прижалась к напряженной спине. Скользнула ладонями по дрогнувшему животу и накрыла твердые выпуклые грудные мышцы. Эльф дернулся, потом замер. Задышал часто, рвано.
От ужаса? От возбуждения?
И тут я совершенно по-драконьи втянула воздух. Эльф пах дождливым лесом, небом после грозы, древесной корой и… невинностью. И откуда, интересно, я могла знать, как пахнет невинность? Но я знала! Совершенно точно могла отделить этот аромат от других – свежий, сладкий, пленительный.
Пальцы смяли мягкий хлопок рубашки. Эльф под моими ладонями, казалось, дышать перестал совсем. Я же словно в бреду дышала его кожей, водила носом по гладкой шее – не могла насытиться.
«Что всегда любили драконы? – раздался в голове голос Кхалэ, вырвав меня из моего сумасшествия. – Золото и девственниц. Или девственников».
«Он что… никогда не?..»
«Что я говорила тебе о их расе? Эльфы хранят себя для единственной. Связь до брака – позор».
«Нельзя даже трогать, – вспомнила я с ужасом и отшатнулась. – А я трогала! Я его осквернила! Теперь он…»
«Испорчен и никогда не сможет вернуться в Чарующий лес. Но разве ты собиралась его возвращать?»
Была ли у меня такая мысль, мелькала ли на задворках сознания, уже не важно. Я сожгла мосты.
«Ты сожгла их, как только его выбрала. Пусть это тебя успокоит, моя совестливая ряженая злодейка».
Читать дальше