Линда Дэвис - Гадюшник

Эрнотт встал.

— Да, и вот еще что, Мэттью. Ради Бога, не распускайтесь. Теперь все в наших руках. И если мы не будем нервничать, все пойдет как надо.

Эрнотт кивнул и направился к выходу. Сев в свой красный «мерседес», он отъехал и не заметил, что буквально в тридцати футах от него за большим кустом рододендрона прячется какая-то женщина.

Кесслер собрал пачки банкнот и положил их в пластиковый мешочек. Он закрыл дверь в библиотеку и пошел, цокая каблуками по деревянному полу, по длинному коридору. Проходя мимо зеркала, он остановился и с улыбкой вгляделся в собственное отражение. Позади скрипнула половица. Улыбка так и застыла на губах у Кесслера.

Он настороженно обернулся. В коридоре стояла женщина — блондинка с матовой кожей и мускулистыми ногами, в туго облегающей грудь черной безрукавке. На ней была также бейсбольная кепочка, надвинутая на лоб так низко, что и лица толком не разглядеть. Впрочем, можно понять, что она красива. Вернее, была бы красивой, если б не этот взгляд — мрачный и решительный — и если бы не презрительная усмешка, затаившаяся в уголках губ. Казалось, ее ничто, кроме него, не интересует. Она смотрела на Кесслера не сводя глаз, буквально сверлила его взглядом, напоминающим скорее дуло пистолета. Но более всего смущали ее губы, застывшая на них улыбка. Кесслер не мог ее разгадать — таилась в ней какая-то угроза и в то же время сострадание. Кесслер почти не знал, что такое страх, но сейчас испытал нечто очень похожее на него, так что ноги к полу прилипли. Лучшая защита — это нападение, решил он и агрессивно начал:

— Кто вы, черт побери, такая и как сюда попали?

Кристин продолжала улыбаться.

— Да просто вошла через парадный вход. Вы забыли закрыть дверь. Весьма мило с вашей стороны. — Голос у нее был низкий и презрительный. От нее так и веяло ненавистью.

Кесслер промолчал. Ему все больше становилось не по себе. Вся его обычная самоуверенность куда-то исчезла. Он почувствовал, что покрывается потом — даже на рубашке пятна проступили. Что-то зловещее было в этой женщине. Он посмотрел на часы. Вот-вот должен появиться человек Катаньи. Нельзя, чтобы их видели вместе. Его охватывала какая-то необъяснимая паника. Что за бред, одернул он себя. Чего он, собственно, боится? Кесслер шагнул вперед.

Губы у Кристин хищно изогнулись.

— Не двигаться. Я еще не кончила. — Что-то в ее голосе заставило Кесслера остановиться. — Как там ваше с Катаньей дельце? Оно ведь вроде еще не закончено?

Кесслер слегка склонил голову набок. Так вот оно в чем дело.

— Вы курьер?

— Курьер? — Кристин громко рассмеялась. Наверное, такой у Катаньи юмор. — Курьер, посланник… Что ж, давайте назовем это так.

— Что же вы сразу не сказали? — с облегчением вздохнул Кесслер. — Деньги вас ждут. — Он потряс пластиковым мешочком. — Держите! — Он окончательно пришел в себя и заговорил с обычной самоуверенностью.

— Что за спешка? Сначала я вам должна кое-что передать.

Кесслер удивленно посмотрел на нее.

— Дельце, повторяю, не закончено. Сара Йенсен все еще жива и здравствует.

Кесслеру все это начало надоедать.

— Знаю. Но насколько я понял, это больше не проблема.

— Напротив, — издевательски улыбнулась Кристин. — Она оказала нам бесценную помощь. — Улыбка исчезла, и голос Кристин зазвучал с убийственной вкрадчивостью: — Контракт, касающийся ее, расторгнут. В нем появилось другое имя, — Кристин сделала шаг вперед, — ваше. — Она увидела, что на лбу у него выступили крупные капли пота, а лицо исказилось от страха.

— Погодите, погодите, тут какая-то ошибка…

— Нет, Карл Хайнц, — усмехнулась Кристин, — никакой ошибки. Вы решили, что умнее всех, не правда ли? Все провернули на пару с Катаньей — и концы в воду. Вынуждена вас разочаровать — Сара Йенсен перехитрила вас обоих. Неужели вы думаете, что она могла просто примириться с тем, что вы убили ее друзей, а теперь охотитесь за ней самой?

— Я никого не убивал.

— Знаю. Я убила. Но это не имеет значения. Вам с Катаньей надо было от них избавиться, и вы нашли наемных убийц. Если бы не я, то был бы кто-нибудь другой. Что же касается Йенсен, то вы с Катаньей уже взвели курок.

Кристин вытащила из заднего кармана пистолет и направила прямо в лоб Кесслеру. Тот поднял руки. Рот у него в ужасе открылся. Кристин сомкнула пальцы на холодной рукоятке и потянула за спусковой крючок. Пуля попала Кесслеру прямо в лоб. По зеркалу позади него потекла красная струя. Он упал на пол. Земные сроки Кесслера вышли.