Виктория Готти - Суперзвезда

Площадь была заполнена голливудскими и европейскими кинозвездами и папарацци, следующими за ними по пятам. Просто невообразимо было, как Джеку удалось зарезервировать Мадрид для частного маскарада. Да, имя Кавелли действительно имело власть в этом мире. Тысячи любопытных, тоже одетых в маскарадные костюмы, пришли поглядеть на входящих разодетых гостей вечеринки, которые в ответ на возбужденные крики толпы манерничали и позировали, выказывая легкое снисхождение и иногда даже пренебрежение к тому сброду, что преграждал им путь.

Традиционные венецианские маскарадные костюмы — средневековые пилигримы в длинных черных робах и масках с белым клювом, попы и кардиналы, восхитительно нарядные Клементины, обычно единственные без карнавальных масок, — удачно сочетались с более современными, среди которых была оранжевая бабочка с пурпурными пятнами и трио маленьких зеленых человечков. Королевский шут на руках ходил по красной ковровой дорожке, ведущей к входу, где четверо трубачей приветствовали гостей, как только их пригласительные билеты были проверены и имена отмечены в списке приглашенных.

Кэсс воспользовалась гостеприимством менеджера охраны отеля «Киприани», приняв его предложение переправиться через лагуну на лодке с охраной в маскарадных костюмах. Он даже позаботился о том, чтобы Кэсс пустили через боковой вход, и ей не пришлось самой расчищать себе путь сквозь толпу.

Внутри, в огромной зале, канделябры из знаменитого стекла Мурано сверкали сотнями огней. Здесь все напоминало о феерии кино, и разодетые гости могли с помпой отпраздновать завершение фильма. Конечно же на вечеринке музыка исполнялась вживую — оркестр из двадцати четырех человек был размещен в виде полумесяца над огромной залой замка.

Кэсс тут же пожалела о том, что она заранее не решила заснять торжество, а ведь это можно было бы как-нибудь использовать в «Опасных желаниях». Стоя на вершине мраморной лестницы, ведущей в залу, Кэсс изучала раскинувшееся перед ней буйство красок и энергии. Скелет с костями, нарисованными флуоресцентной краской на темном трико и лосинах, танцевал с фламинго ростом не менее шести футов, привлекавшим к себе внимание благодаря огромной шапке ярко-розового цвета и желтым ботинкам. Она всматривалась в веселящихся людей, выискивая знакомые лица. Кэсс чувствовала себя не в своей тарелке в подвенечном платье восемнадцатого века цвета слоновой кости с позолотой. То ли это была шутка Джека, то или его желание произвести впечатление, она не могла понять. Кэсс была твердо намерена показаться в собственном костюме, пока до нее не дошло, что единственное вечернее платье, которое у нее было здесь, в Венеции, — это его подарок. Если бы ее гардероб не был уже уложен для отправки обратно в Калифорнию, она бы уж точно позвала Хилари Суэйзи и попросила бы ее подобрать что-нибудь подходящее. Мысль о том, чтобы и вовсе не пойти на праздник, тоже посетила ее, но Кэсс чувствовала себя обязанной явиться ради всей своей команды: и американцев, и итальянцев, так упорно работавших над созданием «Опасных желаний». Когда же теперь она стояла здесь, окруженная массой людей, которых она не могла узнать, и ее со всех сторон толкали официанты с подносами с шампанским и канапе, паника охватила ее. Кэсс озиралась в поисках выхода. Неосознанно она сжала в руке свою крохотную сумочку цвета слоновой кости и нащупала кольцо. Она вернет его еще до конца вечеринки.

— Кэсс, это ты? — голосом Рудольфо спросил ее бархатный кролик. — Я сомневался из-за этой твоей маски. Ух, ты! Джек говорил мне, ты будешь в подвенечном платье с золотыми кружевами, но я и понятия не имел, что это будет так красиво! — Он сделал шаг назад, пытаясь рассмотреть получше. — Надо отдать ему должное, у этого парня есть вкус!

Кэсс покраснела.

— Да я не про костюм. Он сказал, я узнаю тебя, цитирую, в «самом элегантном создании в зале».

Рудольфо обошел ее кругом:

— Он не шутил, ты выглядишь великолепно.

— Да где ты-то раздобыл этот костюм? — спросила она.

— Через Джека, конечно. Разве ты не понимаешь? Тебе надо быть утонченной невестой восемнадцатого века, а мне… — он отпрыгнул и повернулся вокруг своей оси, — глупым, нелепым кроликом!

Кэсс не могла не рассмеяться.

— А папа уже приехал?

— Мы с Джеймсом столкнулись в баре минут двадцать назад, и, смею тебя заверить, твой отец где-то неподалеку.

Она продолжала озираться по сторонам:

— А как насчет королевы? Она уже вошла?