Тамара Перова - Желтый бриллиант

Сергей привез хорошие деньги. Золота намыли много. Артель перевыполнила план. Леон выклянчил у отца мотоцикл. Скоростной «Судзуки». Через два дня Леон влетел в столб. Он был без шлема. Маша потеряла ребенка, вернее, двух детей. Сикорский потерял одного ребенка. Через год Мария Ивановна скончалась в психиатрической клинике закрытого профиля.

Пока Маша была еще жива, Сикорский и Сергей один раз съездили в больницу. Маша лежала на кровати одетая в серую пижаму. Ее серое лицо полностью сливалось с серым постельным бельем. Она никого не узнавала, не реагировала на внешние раздражители, не могла себя обслуживать и говорить. Шансов на выздоровление не было.

Сергей искренне переживал гибель сына. Он во всем винил себя.

Полина, так звали чукчу, родила хорошенького мальчика, через год — хорошенькую девочку. Сергей больше не ездил на прииски, работал в Москве.

Олег Борисович не мог жить в этой квартире. Ему не нравилась сама квартира, слишком большая для одного человека. Профсоюзная улица гудела всю ночь. Из тихой улицы в спальном районе она превратилась в забитую пробками магистраль. С соседями Олег Борисович не общался, но при случайной встрече с Сергеем он ловил на себе злой, укоризненный взгляд. Это было невыносимо.

Олег часто задавал себе один и тот же вопрос: ЗАЧЕМ?

Зачем он прожил жизнь? Он создал нефтяную империю, он богат, как арабский Шейх. У Шейха много жен и много детей, у него ни одной жены и ни одного ребенка. Он интуитивно понимал, он знал, намекали врачи, что своих детей, возможно, уже не будет.

Тогда, зачем Берта тащила фанерный чемодан через всю страну?

Зачем, его отец Борис прошел пешком всю сибирскую тайгу в поисках нефти?

Зачем Иван Головнин уехал в1920-м году из роскошного особняка в Париже, от бесплодной жены-инвалида и прошел от западной границы до Ленинграда пешком. В дороге он заболел туберкулезом, уже в Ленинграде — тифом и в последний час своей жизни отдал «купчие грамоты» и права на наследование «Голдин Леди» в руки наследников.

Зачем дворянский сын Петр Головнин в 1840-х годах уехал из охраны Екатерининского дворца, где один бал сменялся другим балом, а затем фейерверками до утреннего рассвета, на Кавказ, где его ждал чеченский нож или пуля дуэлянта. Жаркая неведомая Африка единожды спасла ему жизнь. Случайно нашел алмазы и золото и потом всю жизнь рисковал. Сколько раз его могли убить?

Зачем его дед всю жизнь не выходил из кабинета, писал, изучал карты, делал невероятные бессмысленные расчеты, которые подтверждали еще более невероятные гипотезы сибирских богатств?

Кому теперь все это, сделанное, выстраданное поколениями его предков и им самим, им — Олегом Сикорским достанется? Эти «вороны» все растащат, все расклюют!

Зачем? Кому все это надо?

Забудут не только его имя, но, главное, его дело, дело его предков!

Олег Борисович решил уехать из этой квартиры. Небольшая риэлтерская компания, которая успешно юридически чисто и грамотно решала жилищные проблемы сотрудников «Промнефти», предложила господину Сикорскому очень выгодный вариант. Известный банкир, медиа-магнат оказался крупным мошенником, ему реально грозило уголовное дело и большой тюремный срок. Магнат быстренько собрал семью и на частном самолете, сквозь туман и вьюгу, улетел на родину предков, в Израиль. Что осталось, продавал через подставных лиц за любые деньги. Олег Борисович, не глядя, согласился. Тем более, в доме еще никто не жил, проводились последние отделочные работы.

Так Олег Борисович Сикорский оказался обладателем огромного дома, три этажа — вверх и два этажа — вниз. В доме было все. Зимний и летний сад, лес, японский садик, спортивный комплекс. Также был гараж на сколько-то мест, бассейн с банями всех видов, три этажа комфортного, дорого и помпезно отделанного жилья, эксклюзивная мебель в имперском стиле. Два лифта. Прочее и прочее. Штат обслуживающего персонала составлял не менее 20-ти человек. Подбором персонала занималась та же риэлтерская компания. В качестве управляющего имением господину Сикорскому предложили кандидатуру бывшего сотрудника органов госбезопасности майора в отставке Андрея Степановича Кротова.

Олег Борисович Сикорский поселился в подмосковной деревне Барвихино, на Березовой аллее, в доме № 17 в начале декабря 1999 года.

Олег долго ходил по дому в поисках спальни, вернее, уютного уголка, где можно подремать. По описательным характеристикам в доме числилось шесть спален.