Максим Исаев - Оживление

Теплица плавно переходила в спортивный городок с теннисным кортом, хоккейной площадкой, десятиметровым бассейном с изумрудной водой и уголком с тренажерами.

- После работы мне нужно как следует отдохнуть и расслабиться. Ты же помнишь, что я еще в школе был чемпионом Москвы по дзюдо, - и он показал нам свой правый бицепс. Бицепс действительно был большой и круглый, - к тому же это полезно из-за всякой мелочи.

Шурик вырастал у нас прямо на глазах. За спортивным городком находился чудный дворец эпохи Ренессанса с занавешенными окнами, окруженный фонтанами. У входа в дворец стояли два арабских воина с опахалами.

- Там я выстроил себе небольшой гарем, наложницы есть ото всюду и на любой вкус. Если бы знал, брат, что они там вытворяют! Приходи в следующий раз один, без жены, я тебя туда отведу, и они тебя, как моего старого друга, одноклассника, примут по высшему разряду. А можешь и с женой приходить, я ей тоже найду развлечение по ее вкусу. - Шурик хлопнул меня по плечу и подмигнул моей Герцогине. Рядом со спортивным городком в овраге располагалась небольшая эстрада с амфитеатром. Шурик достал "Мальборо" и угостил мою даму. Баронесса не стала отказываться от дорогих сигарет.

- Здесь я устраиваю домашние концерты, приходят друзья, артисты. Ко мне сюда заглядывают Любимов, Окуджава, Рихтер, Пугачева.

- Шурик, какой ты молодец, что не бросаешь искусство в трудную минуту, сказала герцогиня, выпуская дым мне в лицо.

Я вспомнил, что искусство всегда было близко нашему меценату. Как-то на первом курсе института я попросил Шурика достать билеты на Таганку. Нет проблем! - сказал Шурик, - приезжай в пятницу к театру в девять часов вечера, только оденься потеплее. Шурик встретил меня у турникетов метро. - Твои номера - пятнадцать и шестнадцать, фамилии - Бойко и Кац. Я встал в очередь в кассу в соответствии с номерами. Простояв всю ночь и половину субботы, я отхватил целых четыре билета на "Мастера и Маргариту". Радости моей не было предела. Я рассчитывал пригласить в театр самую красивую девушку с нашего курса. Шурик появился немного позже. - Давай билеты! Я опешил. - Какие билеты? - протягивая ему четыре бумажки. - Мастер стоит дороже, я ты заработал только на детский утренник.

Так я познакомился с билетной мафией. Потом Шурик занимался книгами, компьютерами, тачками, квартирами, мебелью и чем-то еще. На Таганку ходить мне больше не хотелось, да и Шурик не предлагал. Первую красавицу курса пришлось оставить, она отдавала предпочтение борцам и штангистам, а я мог развлечь ее в лучшем случае симфонией Брукнера под управлением Рождественского. С Шуриком мы стали редко перезваниваться, а последние годы вообще потеряли связь друг с другом.

- Что с тачкой-то случилось? - заботливо спросил Шурик, закуривая новую сигарету. Мы сели в первом ряду партера на большие бархатные кресла. Шурик нажал на невидимую кнопку, мраморный пол раскрылся, и перед нами очутился столик со всякими явствами, винами и закусками. Герцогиня восхищенно вздохнула и принялась за орешки.

- Да знаешь, как всегда - поленился купить запасной ремень, заменить-то его ничего не стоит, но в результате из-за какой-то мелочи мы тут можем надолго застрять.

Шурик взял радиотелефон и, выпуская дым, сказал, глядя на сцену:

- Ахмет? Ну как там? Все тихо? Слушай, надо тут ремень заменить в одной машине, сделай пожалуйста, - и он бросил трубку. - У меня тут ребята есть, но все совки, работать как следует не умеют, представляешь, объявил конкурс, пришло человек двести, так никто мне не понравился, все-таки в этой поганой стране не на кого положиться, с ними уже ничего не сделаешь. Все здесь всегда будет плохо, грязно, глупо.

- Одна у нас осталась надежда, это ты! - поддакнул ему я.

- А что ты думаешь! Мы тихо работаем, делаем помаленьку наши дела, недавно вот купили один английский остров с замком, будем там склад строить, а ты вот чем занимаешься? Все там же маешься дурью? Я тебе прямо, по-товарищески скажу, вся эта твоя писанина - дерьмо, и никто это не купит, а, значит, никто не будет печатать, люди-то теперь денежки считают, понимают, что печатать, а что нет. Да и вообще, я бы никогда не стал больше печатать книги. Не выгодно! Куча мороки, хлопоты с оформлением, художниками, бумагой, типографией, авторскими правами и все за твои же кровные, и потом жди годы, пока из книжного магазина придут какие-то копейки! Прибылей нет в этом деле никаких, одни убытки, а сами книжные магазины - смех да и только, - давно уже сдали свои площади другим конторам, продают вместо книг или Пепси, или компьютеры, или ботинки. У меня сейчас на складе есть для тебя, Белочка, совершенно новые ботинки по последней парижской моде, на тракторной подошве, со шнурками, сейчас скажу, чтобы тебе принесли. У тебя какой размер-то?