Марша Кэнхем - Опаленные страстью

- Вы сами недалеко ушли от дьявола, милорд, - парировала Аннели.

- Вы хоть и задели мою честь, но я принимаю ваши слова как комплимент.

- А это и есть комплимент.

Эмори фыркнул, напоминая, что они не одни в комнате.

- Итак, что будем делать? Попросим Шеймаса утопить его светлость в канаве или пусть поживет еще немного? И скажи ради Бога, что ты собиралась делать с этим?

Аннели проследила за его взглядом и обнаружила, что держит в руке ножичек для вскрытия писем. Она не заметила, как вытащила его из кармана, и теперь не знала, что с ним делать, когда на хмурых лицах мужчин появились кривые ухмылки.

Эмори осторожно взял у Аннели ножичек и обратился к Бэрримору:

- Если вы верите в мою невиновность, как говорите, сделайте так, чтобы мой корабль и моих людей отпустили.

- С какой стати, сэр? Чтобы вы снова пустились в бега?

- Нет, - тихо произнес Эмори. - Мне надоели бега. Я устал. Если бумаги все еще там, на борту "Интрепида", я докажу свою невиновность и помогу разоблачить настоящего предателя. Кроме того, мне не нравится то, что сейчас происходит в Торбее.

- В Торбее?

- Наполеона должны перевезти в Плимут, пересадить на борт "Нортумберлэнда" и отправить на Святую Елену. Разве не так?

Бэрримор прищурился.

- Вы хорошо осведомлены, хотя многие в этом сомневаются. Капитану "Беллерофонта" приказано отправиться в Плимут как можно скорее.

- Значит, им придется осуществить свой план до того, как корабль покинет Торбей.

- Какой план? Что вы имеете в виду? И кто это они?

- Они - это ваш настоящий предатель и участники заговора, намеревающиеся помочь Бонапарту бежать из ссылки до того, как приговор будет приведен в исполнение.

- Это исключено. Он охраняется днем и ночью. Он на борту корабля в центре британской гавани, окруженной дюжиной бригантин с пушками.

Эмори мрачно покачал головой.

- Я видел порт, корабли и все, что происходит вокруг "Беллерофонта", и могу сказать, сэр, что при желании поднимусь на борт, пройдусь по палубе, где находится Бони, и мы оба уйдем незамеченными.

- Вы заблуждаетесь.

- Не думаю. И чтобы доказать вам это, я поднимусь на борт "Интрепида".

- "Интрепид" находится под такой же сильной охраной.

Эмори вскинул бровь.

- Я намерен выйти на нем в открытое море до утреннего прилива.

Бэрримор остановил на нем холодный, оценивающий взгляд.

- Сделайте это, сэр, и я с радостью буду стоять на палубе рядом с вами.

- Сначала нужно попасть на борт, - проворчал Шеймас. - Не думаю, что это так же легко, как совершить прогулку вокруг порта.

Бэрримор и великан ирландец обменялись любопытными взглядами. Кивнув, Бэрримор начал развязывать шелковый галстук.

- Дайте мне более подходящую одежду, сэр, и я охотно предложу вам свою помощь независимо от того, что вы предпримете.

Эмори взглянул на Бэрримора и кивнул Шеймасу.

- Принеси что-нибудь из одежды. И верни ему пистолет: нас семеро, и нам нужно как можно больше оружия.

- Вы забыли обо мне, - тихо сказала Аннели. Все, кто был в комнате, воззрились на нее. Ее плащ соскользнул с плеч, и она осталась в тонком шелковом платье и легких туфельках. На лице все еще оставался грим, а в волосах пестрели блестки. Странно было видеть эту нежную, хрупкую девушку в столь мрачном месте, в обществе этих далеко не элегантных мужчин, к тому же требующую выдать ей пистолет. Воцарилось неловкое молчание. Первым его нарушил Бэрримор.

- Уверен, - обратился он к Олторпу, - что вы не намерены выдать мисс Фэрчайлд оружие, ведь это полный абсурд. Хотя она и утверждает, что отстрелила кому-то пальцы.

Аннели изогнула бровь.

- Я метко стреляю, если не бегу от преследователей или от наемного убийцы. Бэрримор поклонился.

- Не сомневаюсь в этом, мисс Фэрчайлд, и верю вам на слово. Нас семеро, и этого вполне достаточно, так что этот вопрос не подлежит обсуждению. Вы останетесь здесь, если даже придется запереть вас в одной Из комнат.

Тон Бэрримора не понравился Эмори: создавалось впечатление, что маркиз имеет какую-то власть над Аннели.

- Все двери в доме, к сожалению, запираются изнутри, - мягко произнес Эмори.

- Вы полагаете, она ослушается приказа, пренебрегая собственной безопасностью?

- Я не склонен вникать в историю ваших отношений с мисс Фэрчайлд, но думаю, она покинет дом прежде, чем мы дойдем до конца улицы.

Аннели хотела улыбкой поблагодарить Эмори за то, что он обращается с ней как с равной, а не как с малым ребенком, но увидела по его глазам, что он встревожен создавшейся ситуацией и согласился бы с мнением Бэрримора, будь на его месте кто-то другой.