Андреа Кейн - Эхо в тумане

Трентон загадочно улыбнулся, его не удивила сила ее отклика.

- А теперь, Ариана, - сказал он, слегка покусывая ее нижнюю губу, теперь ты почувствуешь. - Он, выгнувшись, вошел в нее, не прекращая движения пальцев. - Раскройся мне, - мягко скомандовал он. Его большой палец, двигаясь кругами, ласкал ее чувствительную плоть. - А теперь, туманный ангел, - потребовал он, - теперь... отдайся этому ощущению... Отдайся мне.

Наслаждение разлилось радугой мерцающих ощущений, столь сильных, что Ариана, безудержно крича, приникла к Трентону и, всхлипывая, произнесла его имя. Уступая сокрушительным судорогам, она уткнулась лицом в плечо мужа и замерла, пока дрожь не утихла. Затем со слабым вздохом удовлетворения упала ему на грудь. Обмякшая и ошеломленная, она словно плыла в его руках, когда он бережно нес ее к кровати.

Он положил ее, стащив с нее халат и ночную рубашку, и быстро разделся сам. Затем опустился рядом и принялся неспешно ласкать губами ее тело, упиваясь шелковистостью ее кожи.

- Всю ночь, Ариана, - пообещал он. - Я буду заниматься с тобой любовью всю ночь.

Он ласково провел языком по ушной раковине, чуть слышно описывая все те возбуждающие вещи, которые они будут проделывать друг с другом.

А затем он заставил ее забыть обо всем на свете.

- Трентон... - среди ночи прошептала она, положив руку ему на плечо, в голосе смутно прозвучали вопросы, стоявшие между ними.

- Позже, - ответил он, целуя ей руку. - Намного позже. - Он раздвинул ей ноги и стал погружаться во влажную теплоту до тех пор, пока глаза ее не закрылись и она не произнесла его имя снова, но на этот раз уже ни о чем не собираясь спросить. - Ах, мой прекрасный, дарящий радость туманный ангел, бормотал он, обвивая ее ногами свою талию, - много, много позже...

***

Первые утренние лучи заблестели сквозь узкую щель в занавесях, когда Трентон, наконец, выпустил из объятий свою изнуренную жену.

Ощутив, как холодный воздух окутал ее тело, Ариана тотчас же пробудилась, и ее охватила паника. "Захочет ли он снова уйти, как сделал прошлой ночью?" - безмолвно вопрошала она.

Она закрыла глаза и стала ждать. Исчезнет ли волшебство вместе с тьмой?

Проходили минуты, напряжение в комнате все усиливалось. И Ариана внезапно поняла, что больше не может выносить этого. Она отодвинулась от Трентона, намереваясь утаить от него свою боль и изо всех сил борясь со слезами, уже заструившимися по ее щекам. Ее плечи чуть заметно сотрясались от рыданий. И их содрогание было единственным знаком ее страдания.

Трентон пододвинулся, и, обняв Ариану с властной нежностью собственника, прижал ее к своему крепкому теплому телу.

- Это из-за меня, туманный ангел? - прошептал он, уткнувшись ей в волосы, покрывая легкими поцелуями перепутанные пряди. - Прости меня, я не хотел причинять тебе боли. Пожалуйста... не плачь.

Не говоря ни слова, Ариана повернулась к нему и уткнулась лицом в его мощную грудь, принимая предложенное им утешение с детским доверием и благодарностью.

- Не позволяй моей ненависти заразить твою душу, Ариана, - горячо прошептал Трентон. - Эта война не между нами. Не позволяй мне причинять тебе боль.

Ариана подняла голову и полными слез глазами вопросительно посмотрела на мужа.

- Спи, - вместо ответа сказал Трентон, целуя слезинки на ее влажных, слипшихся ресницах. Чуть коснувшись ее губ своими, он уложил ее голову себе под подбородок. - Отдохни... уже скоро день.

- Ты уйдешь от меня? - спросила она, повернувшись, чтобы посмотреть ему в глаза. Лицо его, казалось, окаменело.

- А ты хочешь этого?

- Нет, о нет - воскликнула она. - Я хотела сказать... - Она вспыхнула. - Я надеялась, что мы будем спать вместе... просыпаться вместе. Голос ее дрогнул, и она замолчала, полная надежды и смущения.

Глаза Трентона блеснули - она уже несколько раз прежде видела, как они загораются этим диковинным светом, и он снова привлек ее к своей широкой мускулистой груди.

- Так и будет, - ответил он странным тоном. Без дальнейших объяснений он прижал ее к себе, поцеловал влажный лоб. - А теперь спи.

Ариана покорно закрыла глаза, но, несмотря на физическую усталость, заснуть не могла. Ее разум отказывался смириться и молчать, она не могла прогнать мысли о загадке, которую представлял собой ее муж. Она пыталась заставить себя рассуждать здраво. Неоспоримым фактом было то, что гнев Трентона и его жажда мести, справедливые или нет, как-то связаны с ее семьей. Словно воды океана, эти чувства отливали и снова приливали, принося с собой мрачные воспоминания, теснившиеся в его мозгу. Особенно Ариану мучили два вопроса. Какие события минувших лет могли быть настолько болезненными, чтобы постоянно питать непреодолимую горечь Трентона и внушить ему решение жениться на ней? И какую роль в этих событиях играла Ванесса? Ариана дала себе клятву открыть правду, узнать, что именно произошло шесть лет назад, - только узнав все подробности прошлого Трентона, она сможет понять, с чем ей предстоит бороться.