Лариса Шкатула - Пани колдунья

На сегодня Лиза выбрала легкое розовое платье безо всяких нижних юбок, лишь с небольшим корсетом для груди. Она сама причесалась - парикмахер из Марыли был неважный, а девушку послала в оранжерею, чтобы та принесла ей камелии тоном потемнее, из которых одну Лиза приколола к корсажу, а другую - к волосам.

Станислав встретил её у стола, окинул одобрительным взглядом и усадил за стол, поцеловав руку. От этих знаков внимания Лиза чуть не расплакалась. Сможет ли она и в будущем получать их просто так, или только в том случае, когда Станиславу будет грозить смертельная опасность?!

Сам Поплавский выглядел живописно. На нем была белая шелковая рубашка с широкими рукавами, суженными к запястьям. Узкие черные брюки, заправленные в высокие сапоги, и красный шейный платок. Интересно, куда он собирается в таком виде?

Лиза украдкой вздохнула и потянулась, чтобы его поцеловать, но Станислав не очень вежливо отодвинул её от себя.

- Телячьи нежности с утра пораньше лишь размягчают сердце мужчины. Займись-ка лучше своим платьем!

После завтрака, когда Казик убирал со стола, Лиза спросила его:

- Казик, ты не знаешь, когда у князя состоится дуэль?

- Говорить не велено, - не поднимая глаз, буркнул слуга.

- Но хотя бы кто секундант, ты можешь сказать?

- Думаю, в этом тайны нет: Теодор Янкович, товарищ его сиятельства по университету. После поединка... если он окончится для князя благополучно, они заедут в замок и вы сможете познакомиться.

- Но тебе не кажется, если у нас будет гость, я должна об этом знать, чтобы приготовиться.

- Ничего готовить заранее не надо. Князь сказал: "Когда мы приедем, подашь "бордо" и легкую закуску!"

- Тайны мадридского двора! - рассерженно пробормотала Лиза, понимая, что слуга не может ослушаться князя.

Казимир впервые прямо посмотрел на нее, и Лиза заметила, какие у него пронзительно синие глаза. Не только красивые, но и умные. И все лицо не было лицом заурядным. Отчего тогда он сутулится и всячески скрывает свой благородный облик? И сама же себе на вопрос ответила: вряд ли Станислав потерпел бы рядом с собой слугу, который внешне его хоть в чем-то превосходил и задерживал на себе взгляды господ. Теперь ей было понятно, почему Марыля решила выйти за Казика замуж.

- Ты случайно не знаешь, где Василиса? - спросила она, несколько смутившись от того, что оценивала в этот момент Казика не как слугу или жениха своей горничной, а как обычного мужчину.

- Несколько минут тому назад она была на кухне, - ответил слуга, опять опуская взгляд. - Позвать её к вашему сиятельству?

- Спасибо, я найду её сама.

Она только начала объяснять Василисе, что им предстояло проделать, как та оживилась.

- Конечно же, мы подберем вам достойный наряд. Просто счастье, что мода время от времени возвращается. Вы в своих изысканиях ещё не добрались до платья, сшитого для княгини десять лет назад...

- Десять лет назад? - ужаснулась Лиза.

- Десять. Но, насколько я знаю, моден сейчас именно такой фасон. Правда, оно...

- С большим декольте? - докончила за неё Лиза.

- Да. Именно поэтому Екатерина Гавриловна так и не смогла его надеть.

- Благодаря нашему разговору в библиотеке мне удалось кое-чего добиться, - улыбнулась молодая княгиня. - Например, обещания, что до бала мне не станут портить шею и все, что надлежит открыть.

Василиса одобрительно кивнула и достала из шкафа платье, от одного вида которого у Лизы перехватило дух. Это было настоящее произведение искусства. Светло-сиреневое с лифом, отделанным аметистами и жемчугом. Какая-то золотошвейка изобразила узор, которому позавидовала бы и королева.

- Станислав видел это платье? - спросила она, подумав про себя, что на деньги, вырученные от его продажи, небольшая семья могла бы спокойно прожить не менее полугода.

И удивилась, поймав себя на этих мыслях. Второй раз она думает о низменном, материальном, над чем петербургские девицы вообще никогда не ломали себе головы. Материальное считалось уделом купцов.

Но вот же Валериан Жемчужников разбогател наверняка не без таких мыслей. Знал, где купить, кому продать и за сколько... Кто знает, может, когда-нибудь и Лизе придется заниматься такими же низменными делами. И ещё она подумала вскользь, что, стань её мужем Петр, она вряд ли рассуждала бы о таких вещах. Целиком бы положилась на него. Станислав пробудил у неё чувство неуверенности не только в себе, но и в своем будущем.

- Вначале княгиня не могла надеть это платье как излишне открытое. Потом она стала поправляться...