Raptor - Хо

Императрица обратила взор на Евгения.

— М-мама? Ты ч-что, ц-царица? — пролепетал тот, всё ещё не веря собственным глазам.

— А что поделать? — усмехнулась та. — Nomen est Omen.

И подозвала его пальчиком, чтобы поцеловать. Когда Евгений наклонился к ней поближе, она легонько коснулась губами его щеки, и прошептала, — уходи.

Это было произнесено так тихо, что он тут же засомневался, не показалось ли ему это. На лице императрицы не было и тени намёка на что-то подозрительное. Она благодушно улыбалась, а глаза её лучились неподдельным счастьем. Никаких предупреждающих ноток ни в её голосе, ни в её мимике не прослеживалось даже близко. В следствии этого, Евгений сделал вывод, что ему показалось. Они с Ольгой ещё раз поклонились царственной особе, и отступили назад.

Что же это получается? — задумался Женя. — Если мама — царица, значит я — полноправный царевич, наследник престола? Я — будущий император?! Вот это поворот.

— Ну что ж, господа, пришла пора начать наш праздничный бал! — взмахнув платочком, распорядилась царица.

— Да начнётся бал!!! — радостно завизжало Хо, и прошлось по залу колесом, звеня бубенчиками.

Оркестр ожил. Грохнула музыка. Гости встрепенулись, быстро разбились на пары, и начали кружить по залу.

— Потанцуем? — зачем-то спросил Евгений у Ольги.

— С превеликим удовольствием, — ответила та.

Женя не имел ни малейшего представления о технике бальных танцев, но сейчас его это почему-то совершенно не волновало. Все необходимые па как-то сами собой получались у него безо всяких усилий, словно он учился этому когда-то, и сейчас только двигался, повинуясь заложенному в памяти автоматизму. Выходило у него отлично, и они с Ольгой не уступали заправским танцорам.

Магия этого вращения была сродни ощущениям ликования, восторга, и благоговейного трепета, которые он испытывал в глубоком детстве, катаясь на каруселях. Чувство того, что ты летишь куда-то в даль, и земля уходит из-под ног, а сердце готово выпрыгнуть наружу. Это было счастье. Ощутимое, доступное, понятное.

Выбрав момент, когда их лица окажутся на минимальном расстоянии, он произнёс так, чтобы она расслышала:

— Я люблю тебя.

Она улыбнулась, сверкая искорками глаз, и, когда в очередной раз их лица сблизились, прошептала в ответ:

— А я люблю тебя.

Словно стайка диковинных бабочек вылетела у них из-под ног, и запорхала вокруг. В груди что-то томительно сжалось. Глаза затянула пелена блаженства. Голова шла кругом, и какая-то необъяснимая сила отталкивала тело от пола, подбрасывая его ввысь. Будто два огромных крыла развернулись у него за спиной. И этими тёплыми крыльями ему захотелось обхватить Ольгу, отгородить её от внешнего мира, чтобы остаться с ней наедине.

— Теперь мы всегда будем вместе, — прошептал он, задыхаясь от переполнявших его чувств. — Обещаю тебе.

— Всегда? — девушка заглянула ему в глаза.

— Всегда, — утвердительно кивнул он в ответ. — Всю жизнь. Вечно.

— Вечность, — Ольга как-то странно вздрогнула, и отвела взгляд. — Это слишком долго.

— Не понял, — Евгений был слишком воодушевлён, и машинально отреагировал на эту странную фразу, как на простую шутку.

— Ведь это очень, очень большой срок, — её руки соскользнули с него.

На месте тёплых прикосновений тут же появился неприятный холодок.

— Вовсе нет.

— Ты не понимаешь. Ты не хочешь понять.

— Подожди. Куда же ты?

— Я должна… — Ольга освободилась от его объятий, и стала отступать назад.

Теперь Евгений заметил, что свет в зале начал темнеть, и тьма эта сгущалась по мере отдаления девушки.

— Что ты должна? Что случилось? Что я сделал не так?

— Ничего. Всё было замечательно, до того как ты… Ах, не обращай внимания. Забудь и выкинь.

— Постой! Объясни же мне, наконец, в чём причина? Ты же говорила, что любишь меня.

— Говорила.

— Тогда в чём дело?

— Понимаешь, есть вещи… Которые имеют для меня большое значение… Которые для меня не просто слова, понимаешь? Они определяют мою судьбу. Это очень важно, и очень сложно. Так сразу и не объяснить. Суть этих вещей принципиально влияет на мой выбор. А для тебя они не имеют такой значимости. Потому, что ты живёшь в другом мире…

— Научи меня понимать эти вещи!

— Это невозможно.

— Для нас нет ничего невозможного!

— Это только слова.

— Я сделаю всё, что ты пожелаешь! Ради тебя я готов на всё, на всё! Ради тебя одной! Ты — моя жизнь. Ты — моя любовь. Я не могу без тебя!

Ольга не произнесла более ни слова. Лишь печально вздохнула. Бросив взгляд на её кулон, Евгений с пронзительной болью в сердце разглядел миниатюрный портрет, изображённый на нём, и понял, что там запечатлён совершенно другой человек. Заметив это, девушка сочувственно моргнула, словно хотела кивнуть, но сработали одни только веки.