Raptor - Хо

— Ты попал в него? — спокойно спросило Хо, выдержав небольшую паузу.

— Да, — зажмурившись, точно от боли, кивнул Сергей. — Прямо в голову. Чёртов камень был слишком тяжёлым для такого маленького существа. Я не хотел его убивать. Так получилось. Так вышло.

— Не вижу ничего удивительного. Ты впервые убил кого-то крупнее таракана, и впервые задумался о том, что прервал чью-то жизнь. Задумался раньше, чем обычно задумываются об этом люди. Немудрено, что тебя так это потрясло. Ты удовлетворил свой инстинкт убийцы, но тут же встал в ступор, так как не смог осознать, зачем тебе вдруг захотелось убить? Да, это было как бы продолжением игры, но что такое игра? Ни что иное, как имитация реального поведения. Оттачивание навыков, применимых в реальной жизни. Всё это заложено на уровне подсознания. Потому-то и сложно объяснить неожиданный всплеск хищнического азарта. Но мы отвлеклись. Прошу, рассказывай дальше.

— Котёнок упал, дёрнулся пару раз и затих. Это было так неожиданно. Я ожидал любого исхода, но только не этого. Я был уверен, что камень в него не попадёт. А если и попадёт, то лишь стукнет, и всё. Но не убьёт. Я был такой дурак. Я почему-то совсем не думал о том, что котёнку будет очень больно даже от обычного попадания таким кирпичом. Малолетний болван. Чего я добился?

— Что ты почувствовал в ту секунду, когда камень поразил цель? Расскажи. Я хочу это знать.

— Сначала, я как бы обрадовался. Ну, так всегда бывает, когда чего-то вдруг неожиданно добиваешься. Гол забьёшь удачно, или большую рыбу поймаешь. Вот примерно такое же чувство меня посетило вначале. Это был какой-то миг неосознанного, тупорылого восторга. Его дополнили некоторые ребята-друзья, которые так же, как и я, по инерции, увлекшись этой «охотой», издали какие-то восторженные крики… Может быть, в душе им тоже хотелось это сделать, а может, впечатлила моя меткость. Не знаю. Однако, радость моментально сменилась удивлением, а потом — страхом.

— Любопытно. И что же это был за страх?

— Страх, что меня накажут за это.

— То есть, тебя напугал не сам факт убийства, а вероятность грядущего наказания за это убийство?

— Да. Ну, как если бы разбил стекло в чьём-то окне, или проколол шину автомобиля. Ощущения те же. Я ещё не до конца понимал, что натворил. Мы медленно подошли к мёртвому котёнку, окружили его со всех сторон, и начали рассматривать. Я надеялся разглядеть, как он дышит, но, увы, он не дышал. А потом, Влад, мой приятель, легонько толкнул котёнка ногой, после чего посмотрел на меня, и как-то странно произнёс, — «Слушай, по-моему ты его прибил». Для меня эти слова прозвучали как приговор. Я тут же начал оправдываться, что это не так. Что я его только оглушил, и он скоро придёт в себя. Но всем было понятно, что это пустые отговорки. Кого я обманывал? Всё же было и так понятно. Я смотрел на ребят, и пытался найти у них какую-то поддержку, понимание. Но все они были в такой же растерянности, и не знали, как им на это реагировать. Все пялились на этого котёнка, и не могли произнести ничего вразумительного. Вроде бы, мой поступок произвёл на всех впечатление, так как никто из них не решился бы вот так легко убить живое существо, но, вместе с этим, никто из друзей, в душе, явно не одобрял этого. Не одобряли, но скрывали всеми силами. Ведь то, что смог сделать один, и не смогли другие, в нашей компании считалось крутым поступком. А крутые поступки никто не смел оспаривать. Впрочем, уверен, что у меня за спиной они не раз шушукались, делясь впечатлениями о том, какой я гад, изверг, и садист. И как хладнокровно я разделался с несчастным котёнком. А я не мог признаться им, что сделал это нечаянно. Ведь тогда бы я не смог объяснить, зачем бросал этот чёртов камень. Ко всему прочему, меня, по началу одолевали более бытовые волнения, как потом оказалось, напрасные. Я думал, что хозяева котёнка придут к моим родителям, и устроят скандал. Но у котёнка не было хозяев. Он был бездомный. Когда мы разглядывали его, послышался крик соседской девчонки, которая в те годы ещё в школу не ходила. «Вы — дураки! Дураки! Зачем котика убили?! Я всё про вас папе расскажу! Дураки!» Она расплакалась и убежала. Это дополнило мой страх. Я поверил, что её папа придёт разбираться со мной из-за котёнка. Естественно, никто не пришёл. Та девочка стала свидетельницей совершённого мной убийства. Когда мы гоняли котёнка по двору, она кричала нам, чтобы мы прекратили. Но разве мы слушали всяких там малявок? Мы же чувствовали себя старшими и крутыми… Болваны…