Софья Непейвода - Первые шаги

Наконец удалось узнать больше и о месте, в котором предстояло начинать новую жизнь. Центр переподготовки рендеров располагается в Аркабене, городе Белокермана. Большую часть населения этой страны составляют представители вида белорунов: те самые, внешне похожие, но на самом деле очень далёкие от людей гуманоиды, с которыми я общалась всё это время. Земли Белокермана раскинулись на немногим менее двадцати миллионах квадратных километров, из которых больше половины занимает море, отчего реальная площадь твёрдой поверхности лишь чуть больше территории Китая. На этой территории живет больше двух с половиной миллиардов разумных существ, но несмотря на такую высокую плотность населения, Белокерман — аграрная страна. Продукция сельского хозяйства — основной предмет экспорта, сильно отставая от которого и не превышая трёх процентов в общей доле внешней торговли, занимает производство медикаментов. Импортируются же, в первую очередь, энергетические ресурсы и некоторые полезные ископаемые.

В связи с большой плотностью населения, всё наземное, да и большую часть водного и подводного пространства занимают сельскохозяйственные угодья. В том числе и тот самый парк, по которому я бродила в самом начале, на самом деле является ничем иным, как огромным садоогородом. Для большей продуктивности с единицы площади здесь всегда используют смешанные посадки. По сути, в Белокермане не растет ничего, что не собиралось бы с пищевыми или иными хозяйственными целями, даже красивые декоративные цветники перед центром переподготовки состоят из съедобных растений. Подумав, я поняла, что, в принципе, и на Земле могли бы создавать такие клумбы: например, из нескольких видов разноцветного гофрированного салата, кустов настурции, густых посадок укропа и петрушки. Другое дело, что у нас в большинстве мест такие посадки быстро стали бы ядовитыми из-за сильного загрязнения.

В Белокермане всего три города, а большая часть населения живет в своеобразных деревнях — огромных цилиндрообразных зданиях, расположенных в центре сходящихся спиралей дорог. В каждой из таких деревень располагается по несколько тысяч квартир, судя по контексту, одиночных (по крайней мере, число возможных жителей не превышает количество квартир). По словам куратора, получалось, что Белокерман — социально ориентированная страна, в которой нет безработицы даже как понятия, наоборот постоянно имеются свободные вакансии. Государство заботится о своих гражданах, поэтому каждый может обеспечить себе жилье и пропитание, а медицинское обслуживание и образование — бесплатны. Но мне с трудом верилось в такие заверения: скорее, это официальная линия политики, а на деле вовсе не всё так радужно. А если даже местные и живут припеваючи, то возникает вопрос: за чей счёт? На Земле такая картина наблюдалась, за редким исключением, в странах, которые тянули средства с соседей.

Центр переподготовки, в отличие от больницы, не находился под постоянным полем покоя, но за каждым рендером постоянно присматривал служащий белорун, который в любой момент мог активировать переносное поле, из-за чего некоторые из проходящих переподготовку находились под почти круглосуточным его влиянием. Проходя мимо них и попадая под воздействия поля, мне каждый раз приходилось собирать волю в кулак, чтобы не поддаться соблазну и не остановиться, с целью продлить приятное состояние. К счастью, наркотического привыкания поле не вызывало, по крайней мере, вернуться под его влияние хотелось только в первые секунды после того, как работа поля прекращалась, либо при сильном расстройстве. Иломор, как и предупреждал, старался пользоваться местным успокоительным по минимуму, поэтому под его поле я попадала только в случае бессонницы от избытка новых впечатлений за день или когда начиналась паника от непривычного внешнего вида, запаха и звуков, издаваемых другими разумными существами, проходящими адаптацию к новой жизни. А некоторые из рендеров выглядели, мягко говоря, страшно: мелкие, с дождевого и крупные, почти в метр в диаметре черви, насекомые, паукообразные, моллюски… Конечно, я была не единственным гуманоидом, но, глядя на часть из них, понимала, что к внешнему облику сходных с человеком существ привыкнуть ни чуть не проще, чем к негуманоидным видам. Если со вторыми возникала проблема распознания в них разумных, то первые вызывали стойкое ощущение неправильности и уродства из-за отличий в облике.