Элис Броуч - Шедевр

Кристина глубоко вздохнула.

— Простите, — сказала она. — Понимаю, это слишком запутанно. Но операция почти готова! ФБР нас поддержит, у них есть секретный агент, связанный с торговлей крадеными картинами. Все, что нужно, — поддельный рисунок.

— Но зачем? — спросил Джеймс.

Кристина сжала руки. Ее лицо пылало.

— План такой: ты снова нарисуешь «Мужество», на подходящей бумаге, подходящими чернилами. Мы подменим настоящий рисунок твоей копией и инсценируем кражу. Понимаешь, рисунок должен быть хорош, но совсем не обязательно, чтобы он был идеальным. Все знают, что «Мужество» привезли на выставку. Известно, что это подлинник. Вор не станет заниматься экспертизой, только покупатель… А до покупателя рисунок не дойдет.

— Какой вор? — недоуменно спросил Карл. — Объясните же наконец. Вы собираетесь нанять вора, чтобы он украл «Мужество»?

— Подделку, а не подлинный рисунок. «Вор» будет работать на ФБР, — она помедлила. — Они поставят специальное устройство — микрочип, или, как они говорят, жучок, на копию «Мужества», и ФБР сможет отследить покупателя…

Жучок? Марвин ужасно удивился. Жучок поможет раскрыть преступление?

— А он приведет к другим украденным рисункам, — закончил Денни. — К «Справедливости». Хитро придумано!

Да уж, хитро, подумал Марвин. Кто заподозрит музей в организации кражи? Или в подделке собственной картины?

Карл покачал головой.

— А как рисунок попадет на черный рынок? Это нелегко. Разве у вас есть постоянные контакты в криминальном мире? Надеюсь, что нет.

— Нет, — признала Кристина. — Но вспомните, что Денни рассказывал о краже в Стокгольме. Картины нашли, потому что полицейскому удалось выдать себя за покупателя. Это один из самых эффективных способов вернуть краденые картины: офицеры полиции или агенты ФБР выдают себя за подпольных дилеров. Уверена, наша фальшивка попадет в хорошие руки. Точнее, в плохие.

— Снимаю перед тобой шляпу, Кристина, — заявил Денни. — Потрясающе придумано!

— Так вы хотите сделать вид, что воруете мой рисунок? — спросил Джеймс.

Кристина кивнула.

— А если вы ошибаетесь? — спросил Карл. — Вдруг за этим стоит не один человек? И «Добродетели» вовсе не находятся в одном месте?

— Что ж, может быть и так.

— А что будет с моим рисунком? — подал голос Джеймс.

Марвина прямо в дрожь бросило. Его рисунок… неужели он исчезнет в страшном мире фальшивых полицейских, пистолетов и пропавших картин стоимостью в миллион долларов?

Кристина нагнулась к Джеймсу и оказалась в опасной близости от Марвина. Жук едва успел спрятаться в складку ткани.

— Знаю, тут есть риск, — она ласково, внимательно смотрела на Джеймса.

Марвину очень нравилось, как она разговаривает с Джеймсом — будто его вопросы не менее важны, чем слова взрослых.

— ФБР не заботит, — продолжала Кристина, — выйдем ли мы в итоге на украденные рисунки Дюрера или другие пропавшие картины. Им важно арестовать участников подпольного рынка. Но это заботит меня. Если мы не найдем «Справедливость»… я ужасно огорчусь.

Карл все еще сомневался.

— Это может сработать, но придется ведь поставить в известность множество людей? Охрану в музее, полицию Нью-Йорка, газеты?

— Только не газеты, — вмешался Денни. — Газетчики пусть думают, что кража была настоящая.

— Верно, — согласилась Кристина. — Все должно выглядеть по-настоящему. Но я согласна с вами, Карл, кое-кому придется сообщить. Надо получить разрешение директора Метрополитена и заручиться поддержкой местной полиции. Вот почему важно, что ФБР на нашей стороне. А тебе, Денни, придется обговорить наш план в Гетти, ведь речь идет об одной из ваших картин. Дело в том…

Кристина не отрывала глаз от Джеймса.

— Эта мысль пришла мне в голову несколько месяцев назад, когда мы с Денни только планировали нынешнюю выставку. Но я и не надеялась найти подходящего художника, чтобы подделать «Мужество». Не верила, что такое вообще возможно… пока не увидела твой рисунок, Джеймс. И тут я поняла: «Вот кто сможет!» И ты смог!

Марвин страшно загордился и одновременно испугался. Джеймс покраснел и опустил глаза.

— Понятно, — произнес он чуть слышно. — Вы просите меня скопировать рисунок, чтобы его можно было украсть.

— Да, — согласилась Кристина. — Украсть подделку, чтобы найти подлинник. «Справедливость».