Элис Броуч - Шедевр

Вот именно, выйдет ли? Марвин рассматривал рисунок. Джеймс прав, не так уж отличается от пейзажа за окном. Все здесь на своем месте, все соразмерно, остается только перенести на бумагу.

Но это же рисунок гениального художника, выполненный сотни лет назад! Как можно такое повторить и ничего не испортить?

Раздумьями делу не поможешь, решил Марвин… все равно что размышлять о темной воде в сливной трубе, перед тем как нырнуть. А когда уже нырнул, не важно, что там за мусор плавает вокруг. Решил делать — делай.

Он глубоко вздохнул, обмакнул передние лапки в чернила и принялся за работу.

Перед ним простиралась бескрайняя гладь чистой бумаги, но Марвин сосредоточился на участке размером с будущий рисунок. Отметил углы воображаемого квадрата — три на три дюйма — крошечными чернильными точками и начал рисовать. Старался, чтобы штрихи были такими же четкими и уверенными, как у Дюрера, но и про тонкость линий не забывал. Начал с вьющихся волос девушки. Потом перешел к лицу.

Джеймс сидел за столом, опустив подбородок на скрещенные руки. В основном молчал, иногда ободряюще шептал:

— Вот трудное место… но у тебя получится.

Марвин так увлекся, что почти о нем забыл. Девушка обретала форму. Под тканью платья проступили крепкие мускулистые ноги. Лев, вписанный в крут человеческих рук, получался даже легче. Марвин заштриховал льву бок, пририсовал закрученный хвост.

— Класс! — беззвучно выдохнул Джеймс, словно боясь развеять чары.

Марвин понял, что если просто механически копировать отдельные части рисунка, рисунок не оживет. Он попытался схватить ускользающий образ. Труднее всего рисовать плавно и уверенно, как будто ты сам все придумал и это твое собственное, совершенно новое произведение.

— Ой! — Джеймс вдруг вспомнил о времени и посмотрел на часы. — Почти полшестого. Они скоро вернутся. Ты уже кончаешь?

Марвин заскользил быстрее. Он двигался словно загипнотизированный — как в тот раз, когда он рисовал пейзаж за окном. Сейчас он не думал ни о чем, кроме страницы в альбоме и чернильных линий.

Рисунок был закончен.

Марвин попятился назад, держа перепачканные в чернилах лапки на весу.

Джеймс, едва дыша, прошептал:

— Как похоже!

Марвин окинул взглядом свою работу. Все на месте — и девушка, и лев, каждая деталь передана верно. Но хорош ли рисунок? Тут уверенности нет, не то что в первый раз. У Дюрера наверняка лучше.

Но Джеймс был в полном восторге.

— Они глазам своим не поверят!

Через пару минут явились Карл, Кристина и Денни. Джеймс как раз успел спрятать Марвина в карман куртки, чтобы не получилось, как вчера. Жук вцепился в край кармана, взволнованно ожидая, что скажет Кристина.

— О! — только и смогла она выговорить. — О, Джеймс!

А Денни засмеялся.

Марвин никак не мог понять — хорошо это или плохо? Понравилось им или нет?

— Ничего себе! — это к столу подошел Карл. Теребя молнию на куртке, Джеймс сделал шаг назад. Марвин взглянул вверх и увидел, что щеки мальчика заливает румянец.

— Джеймс, это потрясающе! — Кристина взяла лист бумаги в руки. — Просто не верится! Должна признаться, я считала, что попробовать стоит, но такого и вообразить не могла. Денни, только взгляни! Ты ведь тоже не ожидал, да? А вы, Карл?

К своему удивлению Марвин заметил, что отношения между Карлом и Кристиной в корне переменились. Взаимное раздражение исчезло.

— Ну, не знаю… У мальчика твердая рука. Однако копирование требует особого мастерства. Пропорции соблюдены, Джеймс, но то, как ты расположил фигуры… У Дюрера больше простора. Согласны, Кристина? — Карл улыбался, заразившись увлеченностью Кристины, а та низко склонилась над альбомом.

Марвин понял, что он имеет в виду. В оригинале фигуры девушки и льва образуют широкий треугольник.

— Ты прав, — отозвался Денни. — Но работа прекрасная. Техника просто потрясающая.

Кристина кивнула.

— И это с первой попытки. Притом он копировал с репродукции, не с оригинала! — Она покачала головой. — Боюсь сглазить, но у меня появляется надежда.

О чем это она толкует? Марвин посмотрел на Джеймса. Он явно тоже ничего не понимал.

— Какая надежда? — спросил Карл.

— Давай, Кристина, рассказывай! — вмешался Денни. — Хватит разводить таинственность. Зачем копировать именно «Мужество»? Все горюешь, что я перебил у тебя цену на аукционе?