Питер Бенчли - Бездна

Она шла дольше, чем ей казалось. Гора ампул высотой более фута и в два фута шириной выросла в песке позади Давида. Гейл встала коленями на два мешка и раскрыла третий. Она брала ампулы пригоршнями и бросала их в мешок; они постепенно доплывали до дна. Был заполнен один мешок, другой, а затем – третий. Гейл дотронулась до Сандерса, чтобы он знал, что она собирается наверх, и три раза дернула за две веревки. Как только она отстегнула свой пояс с грузом, веревки, ведущие вверх, натянулись, а мешки приподнялись. Она схватила веревки одной рукой и, держа непривязанный мешок другой, позволила, чтобы ее вытянули на поверхность.

– У вас идет кровь, – сказал Коффин.

Гейл скосила глаза и увидела растворенную в воде кровь, омывающую ее нос. Она задрала голову кверху и выдула воду из маски.

– Я знаю. Ничего страшного.

– Вы по-прежнему не хотите, чтобы я спустился?

– Спущусь еще раз сама.

Коффин осторожно высыпал ампулы из мешков на брезент, который заранее расстелил на палубе.

– Я пересчитаю их, пока вы будете внизу, – сказал он, передавая Гейл мешки.

Она спустилась вниз снова и на этот раз ощутила острую боль в пазухах над глазами. Она остановилась на несколько футов ниже поверхности, стараясь держаться на этой глубине и ожидая, когда боль утихнет. Потом начала спускаться глубже, пока боль вновь не остановила ее и не заставила ждать. Этот раз – последний, решила Гейл, слишком много подъемов и спусков.

Теперь она ощущала давление и в ушах, и ей пришлось заставить себя зевнуть. Она почувствовала два скрипучих выхлопа, и давление исчезло.

Когда она стала снова опускаться, то заметила что-то движущееся – сероватое размытое пятно за рифом. Гейл всмотрелась пристальнее, напряглась, чтобы видеть сквозь туман. Ничего. Затем дальше слева – другой признак движения. Она оглянулась, пытаясь предугадать, где пятно может появиться в следующий раз. За ней, вдали от облака песка, вода была чище, и когда она вновь обернулась, то увидела: выплывая из тумана, словно из-за занавеса, к ней приближалась акула. Она двигалась с уверенной, неторопливой грацией, пробираясь сквозь воду с помощью мягких ударов своего полукруглого хвоста.

Паника узлом завязала желудок Гейл. Она была уже более чем на полпути ко дну и помнила предупреждение Дэвида, что в подобных случаях не следует сразу вырываться на поверхность. Она не могла сказать, насколько велика эта акула, так как в воде не было ничего, с чем можно было сравнить ее размеры. Гейл не сумела бы определить и расстояние между ними, так как акула все время находилась на границе видимости, а Гейл не знала, насколько далеко может видеть. Пятьдесят футов? Шестьдесят?

Акула двигалась по широкому кругу, и, когда солнечные лучи касались ее спины, Гейл успевала заметить слабые полоски вдоль ее боков, светло-коричневые штрихи на фоне более темной кожи. Один черный глаз, казалось, наблюдал за женщиной, но в нем не было заметно ни интереса, ни любопытства.

Все еще держась за веревки, Гейл продолжала спускаться в направлении изрыгающего песок воздушного лифта. Она нашла свой пояс с весовыми добавками, надела его и дотронулась до Триса. Когда он взглянул на нее, она сделала правой рукой волнообразное движение, а затем пальцами – кусательное и указала вправо, где, по ее разумению, сейчас должна была находиться акула. Трис взглянул в указанном направлении, но, окруженный потоками песка, не увидел ничего. Он снова взглянул на нее, покачал головой и резким движением руки отмел возможность опасности.

Сандерс не был уверен, что понял, о чем Гейл рассказала Трису. Он вспомнил ее нервозность при встрече с барракудой и предположил, что произошло нечто подобное. Но, видя ее широко раскрытые от страха глаза, все же усомнился. Он сложил вместе основания ладоней, растопырил пальцы рук, затем сложил их сжатыми – условное изображение пасти, затем взглянул на Гейл, поднял брови и развел руки, спрашивая, насколько она была велика. Гейл пожала плечами: “не могу определить”.

Но развела руки так широко, насколько могла: “по крайней мере, не меньше этой длины”.

Сандерс заметил, что полдюйма кровавой воды омывает изнутри ее маску. Он указал на это и погрозил пальцем, запрещая Гейл выливать воду из маски. Она кивнула, но, как оказалось, не поняла его. Прежде чем он успел ее остановить, она нажала на верхнюю часть маски и выдохнула через нос. Поток густой зеленой жидкости хлынул из маски и уплыл вместе с течением.