Лоренс Гоф - Сэндсторм

– Вроде тебя, из Города ангелов.

– Вы со Свитсом вместе выросли?

– Нет, служили.

– Тебя забрали в армию или ты пошел добровольцем?

– Я что, похож на идиота?

– Ты был во Вьетнаме?

– Был. А ты-то что об этом знаешь? Верно, газетки почитывал? – Мунго отстранение улыбнулся, должно быть вспоминая. – В общем, там было в своем роде неплохо.

– Я знаю, – сказал Чарли. – Я тоже там был.

На залитой лучами солнца улице мелькали белые мундиры полицейских. Те сновали вокруг сцепившихся бамперами крохотного голубого автомобильчика и дряхлого пикапа.

Кто-то в толпе зевак захлопал в ладоши, очевидно подбадривая полисменов. Дверь ресторанной кухни распахнулась, и показался официант; он держал в руках поднос, на котором стояли тарелки с бифштексами и две бутылки пива. Подойдя к столику, он переставил на него заказ и удалился, не проронив ни слова. Бифштекс Мунго оказался надсечен на множество кусочков. Мартин ткнул в один вилкой, сунул в рот и принялся медленно жевать. Чарли по-прежнему не испытывал чувства голода, однако последовал примеру Мунго – так, чтобы хоть чем-то занять себя.

– А чем ты занимался в Лос-Анджелесе? – справился Мунго, промочив горло пивом. Чарли вкратце рассказал о своем бизнесе. Мунго подивился забавному совпадению: пока Чарли в поте лица изготавливал замки, он, будучи еще подростком, грабил квартиры. Он поинтересовался, где именно Чарли жил, потом спросил насчет жены и дочери, полюбопытствовал, как прошла свадьба. – Беверли-Хиллз? Ну, ты даешь! А какая у тебя была машина? Нет, не говори, я догадаюсь сам. Для «порша» ты слишком стар. Значит, «мерседес». Или «роллс»? – Чарли с улыбкой покачал головой. – «Кадди»?

– Правильно. Я ездил на «кадиллаке».

– Шик! А какого цвета?

– Белый.

– Небось, с матерчатым тентом? – Чарли кивнул, чувствуя себя круглым дураком. – Господи Боже, ну и дела! У тебя была собственная компания, уйма народу вкалывала изо всех сил, чтобы ты мог построить себе дом на Беверли-Хиллз; тебе все было дозволено – делай что хочешь, езжай куда заблагорассудится. И вдруг ты очутился в Каире и стал работать на Джека. Что стряслось, черт побери? Надеюсь, ты не против просветить меня?

Чарли поведал Мунго о краже со взломом на острове Гезира, упомянул о трех трупах, рассказал о своем приходе в американское посольство, объяснил, что Джимми Абрамс и Ричард Фостер поместили его под нечто вроде домашнего ареста, ибо, очевидно, не знали, как поступить. По мнению Чарли, у них было два выхода: либо передать беглеца каирской полиции, либо отправить обратно в Лос-Анджелес, где господина Макфи ждут не дождутся адвокаты его супруги.

А затем в расклад вмешался Дауни.

Мунго внимательно слушал. Когда Чарли закончил, они снова принялись за бифштекс; затем официант принес кофе в крохотных чашечках и тарелку сладких пирожных. Мунго перепробовал их все до единого и состроил недовольную гримасу. Чарли, убедившись, что запас вопросов Мартина, по-видимому, иссяк, спросил:

– А как насчет вас? Что вы с Хьюби делаете в Каире?

– Черт его знает. Наверно, нас пригласили провернуть какое-нибудь дельце. – Мунго салфеткой вытер пальцы, на которых остался крем. – Джек не соизволил ввести нас в курс дела, однако рано или поздно язык у него развяжется. – Потом он рассказал Чарли о том, чем занимался в Колумбии: как они с Хьюби затрудняли жизнь индейцам, которые выращивали коку.

– Вы работали на колумбийское правительство?

– Не совсем. – Мунго скатал салфетку в шарик и уронил ее в пустой стакан. – Понимаешь, люди остерегаются связываться с теми, от кого воняет ЦРУ.

– А здесь тоже замешано ЦРУ?

– Скорее всего, раз всем заправляет Джек. – Мунго поймал взгляд официанта, подпиравшего стену у двери в кухню, и помахал рукой, давая понять, что требует счет.

На улице было все так же жарко; вдобавок задул восточный ветер. Они не спеша направились в сторону отеля, пролагая путь сквозь запрудившую тротуар толпу. В холле гостиницы Мунго остановился у вращающейся стойки с почтовыми открытками.

– Смотри-ка, – он указал на открытку с видом Асуанской плотины, которая, как показалось Чарли, не представляла никакого интереса. Мунго произнес вполголоса:

– Парень, которого ты задавил, работал на контору. – Чарли уставился на открытку: белый бетон, голубая вода… – Он принадлежал к числу людей Джека, – продолжал Мартин. – Местный. Вольнонаемный. Из тех, которым платят повременно. Понял? – Он поставил открытку на место, взял другую – с фотоснимком статуи Рамзеса Второго на Рамзес-сквер. Позади громадной золотой статуи, на эскалаторе, расположилась группа японских туристов, которые позировали своему фотографу. Мунго перевернул открытку. У любого, кто наблюдал за его действиями, наверняка сложилось бы впечатление, что он читает Чарли текст на обратной стороне карточки. – Джек хотел проверить, как ты поведешь себя в такой ситуации. Вот почему он нанял того парня и велел ему наставить на тебя пистолет.