Лоренс Гоф - Сэндсторм

Словом, оба производили впечатление отпетых негодяев.

Свитс поймал взгляд Чарли, перегнулся вперед и включил приемник. Раздался оглушительный треск: оказывается, был установлен на полную громкость.

– Отлично, – воскликнул Свитс. – Лучше не придумаешь!

Абдель подобрал с пола Мэрилин. У куклы начисто отсутствовал затылок, из уцелевшей половины головы торчали стружки. Абдель усадил Мэрилин себе на ладонь, широко раздвинул ей ноги и спросил:

– Как мы себя чувствуем? Головка не болит? – Голова Мэрилин упала на грудь, ярко-голубые глаза вывалились из глазниц. Один Абдель успел поймать, но второй закатился под кровать. Абдель опустился на четвереньки – и получил пинок в зад от Омара Джаллуда. Он вскрикнул. Лицо Омара походило на обратную сторону луны. Джаллуд взглянул на голубой глаз на ладони Абделя и сказал:

– Я есть хочу. Давай перекусим.

Более высокий из двоих негров похлопал Чарли по плечу.

Его пальцы были длинными и слегка приплюснутыми, кожа под ногтями имела тот же розоватый оттенок, что и пляшущие слоны на рубашке.

– Меня зовут Мунго Мартин, моего приятеля – Хьюби Свитс. А ты, должно быть, Чарли?

Чарли кивнул, не поворачивая головы. Он сильно нервничал, поскольку в последний раз сидел за рулем, когда ехал в лос-анджелесский аэропорт, то есть давным-давно, в другой жизни. Он резко крутанул руль в сторону, объезжая толстяка в пыльной красной феске, который катил на мопеде, что оставлял за собой масляный след. Уличное движение в Лос-Анджелесе не шло ни в какое сравнение с тем, что творилось в Каире. Дома люди ездили быстро, но все же не сломя голову, а здесь все было наоборот. Если, скажем, на крыле автомобиля появлялась вмятина или царапина, владельца машины прямо-таки распирало от гордости: еще бы, теперь все узнают, какой он храбрый!

– Ты давно работаешь на Джека? – спросил Свитс.

– Минут пять, – ответил Чарли, посмотрев на часы на приборной панели.

Свитс расхохотался, хлопнул себя по бедру.

– Не вижу ничего смешного, – заметил Мунго.

Свитс тут же перестал смеяться.

Чарли припарковал «ситроен» в сотне ярдов от того дома, в котором помещалась его прежняя квартира. Ему пришлось заехать на тротуар, иначе машина заблокировала бы узкую улочку. Свитс и Мартин, которые по дороге, издавая забавы ради восторженные возгласы, собрали переданные им Дауни автоматы, внимательно огляделись. Если не считать одинокого пешехода, на улице было пусто. Через несколько минут муэдзины – кто лично, а кто с магнитной ленты – призовут правоверных к молитве, в пятый и последний раз на дню. К огорчению Свитса и Мартина, которые намеренно выбрали это время для своего появления, те люди, которые дежурили возле дома, похоже, не собирались никуда уходить.

Очевидно, мусульмане из них были еще те. Чарли заглушил двигатель. Вместе с тем прекратил работу и кондиционер.

– Постарайся, чтобы тебя не заметили, – сказал Свитс. – Пригнись пониже. Если услышишь выстрелы, медленно поезжай по улице к дому. – Он стиснул руку Чарли. – Нас не жди, мы сами тебя догоним. Заявимся ночью, положим на плиту, включим все четыре конфорки, и поджаришься ты у нас как миленький.

Хьюби и Мунго выбрались из машины. Чарли наблюдал за ними поверх «баранки». Чем ближе они подходили к дому, тем неувереннее делалась походка Свитса. В конце концов он остановился, его лицо выражало недоумение.

– Что стряслось? – громко спросил Мунго.

– По-моему, мы свернули куда-то не туда, – отозвался Свитс, достал из кармана нечто вроде визитной карточки, уставился на нее и прибавил: – Кажется, мы заблудились.

– Вечно ты спохватываешься, когда уже поздно, Хьюби! – укорил Мартин. Он раздраженно посмотрел на часы. – В который раз мы опаздываем по твоей вине?

– Но я же хотел как лучше!

– В том-то и вся беда! – пробурчал Мунго. Свитс извлек из сумки карту города, повертел ее в руках, перевернул вверх тормашками. Мартин не выдержал:

– Дай сюда!

Продолжая смотреть, они дошли до подножия деревянной лестницы, что вела на второй этаж дома, в котором находилась бывшая квартира Чарли. Актерскому мастерству Свитса, с каким он разыграл изумление при виде двух арабов в тени под лестницей, можно было только позавидовать.

Хьюби сунул руку в карман пиджака. Арабы напряглись, но в следующее мгновение в руке Свитса очутился разговорник, и Хьюби принялся перелистывать страницы.

– Имил мааруф, – прочитал он. – Окажите мне услугу.