Джонатан Келлерман - Книга убийств

— У меня был такой ужасный вид?

— О, вовсе нет, Алекс. Быть может, ты выглядел озабоченным. Поэтому…

— Все идет своим чередом.

— Своим чередом?

— Нет, Берт. Я все испортил с Робин. Молчание.

— Мне бы последовать вашему совету. А я стал вспоминать прошлое.

Трубка молчала.

— Понятно… — наконец ответил Берт.

— Она отреагировала так, как вы и предполагали. Возможно, я сам этого хотел.

— Ты хочешь сказать…

— Я и сам не знаю, что говорю, Берт. Послушайте, я ценю вашу заботу, но сейчас все так сложилось… мне не хочется это обсуждать.

— Прости меня, — сказал он. Вновь приносит извинения.

— Мне нечего прощать, — проворчал я. — Вы дали мне хороший совет, а я все испортил.

— Ты сделал ошибку, сынок. Ошибки можно исправить.

— Лишь некоторые из них.

— Робин — женщина гибкая. Он дважды встречался с Робин.

— Это говорит ваш природный оптимизм?

— Нет, интуиция старика. Алекс, я сам совершил немало ошибок, но проходят годы, и начинаешь чувствовать людей. Мне бы не хотелось, чтобы ты сбился с пути.

— Вы имеете в виду Робин?

— Не только, — ответил Берт. — Я звоню тебе еще по одной причине — в ближайшее время я собираюсь отправиться в путешествие. Возможно, оно займет немало времени. Камбоджа, Вьетнам, места, где мне уже доводилось бывать, и те, где я не бывал никогда.

— Звучит привлекательно, Берт.

— Я бы не хотел, чтобы ты понапрасну меня искал.

— Я ценю вашу заботу.

Неужели я произвел на него такое впечатление?

— Звучит несколько самонадеянно, не так ли? — заметил он. — Предполагать, что ты позвонишь. Но… на всякий случай.

— Спасибо, Берт.

— Да… ну, тогда удачи тебе.

— Когда вы улетаете? — спросил я.

— Скоро. Как только соберусь.

— Bon voyage [27] [27] Доброго пути (фр.). , — сказал я. — Когда вернетесь, обязательно позвоните. Я бы хотел услышать ваш рассказ о путешествии.

— Да… могу я дать тебе совет, сынок? Пожалуйста, не надо.

— Конечно.

— Постарайся каждый день смотреть на жизнь по-новому.

— Хорошо, — сказал я.

— Пока, Алекс.

Я положил трубку. Ну и что он хотел сказать? Чем больше я размышлял о нашем разговоре, тем больше он казался мне прощальным.

Берт куда-то уезжает… и его голос звучал печально. И повторяющиеся слова о старческом слабоумии. Извинения.

Берт первоклассный психолог, он прекрасно понимает, что я не хочу выслушивать его советы. Однако все-таки дал мне последний совет.

Постарайся каждый день смотреть на жизнь по-новому.

Последние слова старого друга, стоящего на пороге разрушения? Отправляется в поездку… последнее путешествие?

Новые вопросы, на которые я не знаю ответов.

Будь проще: старик всегда охотно путешествовал, ему это нравится. Нет никаких причин считать, что он направляется не в Юго-Восточную Азию…

Вновь зазвенел телефон. Я включил громкую связь, и далекий голос Майло заполнил кухню.

— Появились новые озарения?

— А как насчет реальных фактов? — спросил я. — Николас Хансен не мог участвовать в убийстве Джейни. В начале июня он заканчивал обучение в Колумбийском университете. После выпускной церемонии отправился в Амстердам и провел там все лето, изучая старых голландских мастеров.

— Если только не вернулся домой на выходные.

— Из Нью-Йорка в Лос-Анджелес на выходные?

— Не забывай, они из богатых семей.

— Все возможно, но Хансен не похож на остальных членов «Королевской рати». Его жизнь сделала неожиданный поворот, и если тебе не удастся обнаружить связь между ним Коури, Коссаками и Брэдом Ларнером, готов поспорить, что он перестал поддерживать с ними отношения.

— Значит, он не представляет для нас никакого интереса.

— Напротив. Он способен на озарения.

— И мы навестим его и скажем, что хотим поболтать о его старых приятелях, убийцах и насильниках?

— А у тебя есть другие содержательные идеи? — поинтересовался я.

Майло ничего не ответил.

— Что ты собираешься делать сегодня? — спросил я.

— Попытаюсь что-нибудь разузнать о Коури-младшем. Его отец был отвратительным типом, и газеты охотно о нем писали. Он использовал бандитов, чтобы выколачивать ренту из своих постояльцев. У меня создается впечатление, что Коури-младший сохранил связи с этими ребятами. Сомнительные типы и сейчас работают на его парковках.

— Тут я могу кое-что добавить, — ответил я и рассказал о посещении гаража.

— Использовал «севилью» в качестве легенды? — спросил он. — А тебе не пришло в голову, что Коури отказался от работы, поскольку не поверил тебе? Господи, Алекс…