Джонатан Келлерман - Наваждение

— Она когда-нибудь встречалась с кем-нибудь богатым?

— Сколько я ее знаю, она вообще ни с кем не встречаться.

— И сколько это?

— Два, может, три месяца.

— Как же так вышло, что она обходится без личной жизни?

— Говорит, что ей не попадаться нормальные парни.

— А как насчет машин?

— Что насчет машин?

— Она проявляла особый интерес к машинам?

— Особый… нет. Вначале она быть вполне довольна «мустангом», за который заплатить богатый отчим.

— Она о нем что-нибудь говорила?

Рианна тряхнула головой:

— Богатый.

— Почему же она разлюбила «мустанг»?

Пожатие плечами.

— Может, он ей надоесть.

— Катрине быстро все надоедает?

— Она все время в движении — с места на место. Как бабочка. Непоседа. Она говорит, что и в школе была такой. В Америке их полно. Покупательницы часто рассказывают мне, что их дети прыгать как кенгуру. И все посещать психотерапевт.

— А Кэт тоже ходит к психотерапевту?

— Не знаю. Вы спрашивать, потому что ее мать наняла вас разыскать ее?

— Я работаю на город, Рианна.

— Город хочет найти Кэт?

— Если она попала в беду.

— Я так не думать.

— Почему?

— Непоседа. Всегда такая. — Черные зрачки забегали из стороны в сторону и сверху вниз.

— Беспокойная, — задумчиво проговорил Майло.

— Несчастливая, — добавила Иджанович. — Иногда, когда выпить, она говорит о том, чтобы куда-то уехать.

— Кэт много пьет?

— Она любит выпить.

— И куда она собиралась переезжать?

— Она никогда не говорит, просто — куда-нибудь. Она несчастливая девушка. Мне не нравится быть с ней долго. Она… иногда это заразно, не быть счастливой, как простуда, верно? Она подруга Бет, я просто ходить вместе с ними.

— Не могли бы вы дать нам номер телефона Бет?

Рианна назвала цифры.

— Я могу вернуться на работу? Мне эта работа нужна.

— Конечно, — кивнул Майло. — Благодарю вас за помощь. Вот моя визитка. Если услышите что-то о Кэт, пожалуйста, позвоните мне.

— Да. Но я не услышу.

— Почему нет?

— Если она и позвонит, то Бет.

Мы проводили ее до входа в магазин. У самой двери Майло спросил:

— Кэт никогда не говорила о ком-то, имеющем очень дорогую машину — например «феррари», «роллс-ройс» или… «бентли»?

— Она говорить о «бентли», но не о богатом мужчине.

— Тогда о ком?

— Каком-то типе, с кем она встречалась. Большой лузер с грязными лапами.

— Механик?

— Она звала его грязной обезьянкой. — Рианна рассмеялась.

— Что смешного? — поинтересовался Майло.

— Грязная маленькая обезьянка. Забавно, правда?

— Как зовут эту грязную обезьянку?

— Может… Клайд? Я точно не помню.

— Клайд, а дальше?

— Клайд Грязная Обезьяна. — Иджанович засмеялась громче, открыла дверь и поспешила в свой ароматный мир.

Я выбрался с парковки магазина, а Майло занялся телефоном.

— Клайд, парень с «бентли»; вряд ли тут потребуются гигантские детективные усилия.

Он начал с главной компании в Уэст-Сайде. Магазин «Лучшие машины О'Мэлли» находился в восточном конце Беверли-Хиллз, но обслуживающие заведения располагались в Пико, в Санта-Монике.

В нескольких минутах езды от клуба «Зажигай!».

Майло позвонил, попросил позвать Клайда, сказал:

— Да, именно его, он на месте? Спасибо. Нет, ничего не нужно.

Клик.

— Не Клайд, Клайв. Скорее всего любитель пива, чипсов и дартса. И возится с дорогущим британским металлоломом, пока мы с тобой разговариваем.

Сервис фирмы «Лучшие машины О'Мэлли» представлял собой серый треугольник офисов спереди и кирпичный гараж повыше — сзади. На стоянке для служебных машин впитывали солнце и грязь несколько невзрачных авто. Слева, под тентом, на стоянке «Только для клиентов!» вальяжно расположились несколько миллионов долларов железа и социального статуса.

Майло велел:

— Встань вон за тем синим «роллсом».

— Мне не следует сначала получить разрешение?

Он хлопнул ладонью по виниловой приборной доске машины:

— Сколько на одометре этого шедевра?

— Шестьдесят тысяч на втором двигателе.

— Выносливость всегда берет верх над гламуром, сынок. Тебя можно официально признать классиком.

Приемная представляла собой пустое помещение с неработающей кофейной машиной. Ни тебе кресел, ни чтива и никаких ожидающих посетителей. За стеклянной перегородкой чернокожая женщина в очках передвигала колонки цифр на экране компьютера.

Майло постучал по стеклу. Перегородка раздвинулась.