Грег Диналло - Фиаско

Я проснулся от запаха кофе и какого-то шуршания. Сколько часов проспал — понятия не имею. Рукой попытался дотянуться до Веры, но ее рядом не оказалось. Сквозь занавески пробивался лучик света.

— Вера?

В ответ молчание. Наконец я увидел ее в кресле около самого окна. Ока была одета и в лихорадочном нетерпении переворачивала листы газеты.

— Вера? Какого черта ты там что-то шуруешь?

— Нету ее здесь.

— Кого и где?

— В «Правде» ничего нет. Я не дождалась почты и помчалась на улицу, к газетному киоску. Не могу найти твой материал. На первой странице его нет, вообще нигде нет.

— Но ведь должен быть!

Я выскочил из-под одеяла и вырвал газету у Веры из рук — как будто, если я стану искать сам, репортаж обязательно появится. Но его не было. Ни на первой полосе, ни на второй напротив колонки редактора, ни на других страницах, где печатают важные материалы. Наконец, в самом низу колонки, где обычно помещают некрологи, я увидел маленький заголовочек: «ЗЛОДЕЙСКОЕ УБИЙСТВО В.И. ВОРОНЦОВА».

— Его убил злодей?! — воскликнул я в недоумении, не веря своим глазам. — Убил его не злодей, а М.И. Древний!

— Кто, кто?

— Заумный осел, который переписывал мой материал! — взорвался я и швырнул газету через всю комнату в угол.

Древний сидел за своим столом и что-то увлеченно печатал на машинке, когда я устремился к нему, угрожающе размахивая скатанной в трубку газетой.

— Что это такое… твою мать! — рявкнул я.

Он быстро крутанулся на вращающемся стуле и очутился прямо передо мной, лицом к лицу.

— Полегче, Катков, полегче. Договорились?

— Договоримся, когда объяснишь, что ты сотворил с моим репортажем.

Он крутанулся в другую сторону и встал, отодвинув стул назад.

— Послушайте, я, конечно, понимаю, отчего вы так обозлились, но…

— Обозлился? Да меня вряд ли можно разозлить…

— Эй, эй! — зарокотал сзади бас Сергея. Быстро лавируя между столами, он растолкал сотрудников, успевших столпиться вокруг нас. — Что тут, черт возьми, такое?

— Вопрос, конечно, интересный, — поддел его я.

— Вот его спросите, — кивнув на меня, сказал молодой наглец. — Распсиховался тут, понимаете ли.

— Ну ты, кусок дерьма! — набросился я на него, но Сергей стал между нами, свирепо зыркнув глазами. — Пойдем ко мне, разберемся.

Я просто кипел от негодования, жилы на шее дергались, как пожарные шланги.

Минутку я приходил в себя, затем нехотя кивнул и пошел вслед за Сергеем. Он прикрыл дверь и стоял, явно собираясь с мыслями. Л затем, словно учитель, вынужденный бранить ученика-отличника, стал выговаривать:

— Николай, я недоволен тобой. Ты же ведь порядочный человек, а ведешь себя безобразно.

— И ты не лучше. Ты хоть бы позвонил мне.

— Да я только что звонил!

— Да пошел ты на…

— Вера взяла трубку. Спроси у нее. Сейчас еще нет девяти. Что же мне, будить тебя среди ночи и предупреждать: эй, Коленька, у меня плохие новости.

— Какие еще новости? Воронцова угрохали, чтобы не вышел скандал с приватизацией. Откуда же выползла вся эта чепуха с ограблением?

— Послушай, Коля, ты, видно, склонен полагать, что все здесь подано не так, как ты замыслил.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Этот литсотрудник — парнишка инициативный. Вчера днем он…

— Какое вежливое оправдание ты подыскал!

— Так вот. Вчера днем, — не обращая внимания на мое ехидное замечание, продолжал Сергей, — он позвонил дочери Воронцова, чтобы проверить кое-какие факты, но…

— Его никто не просил проверять факты! Ему поручили лишь пригладить мой текст да придать ему форму, как на Западе. Помнишь ведь?

— Разумеется, Коля, я все помню, — ответил Сергей, четко выговаривая каждое слово, будто увещевая упрямого ребенка. — Ну, а теперь выслушай меня до конца.

Я развел руками и плюхнулся на стул напротив него, мрачно кивнув головой.

— Ну вот и спасибочки, Коля. Когда Древний позвонил Чуркиной, она как раз уходила на Петровку, ей было не до нас. Ну, а парень он не промах, выдал пару звонков кому-то или куда-то и получил разрешение встретиться с ней. Стоит ли говорить, что опознание трупа отца — процедура не из приятных. Древний успокаивал ее как мог, был рядом с ней, когда она опознавала личные вещи Воронцова и заявила, что кое-что пропало.

— Рассказывай, рассказывай. А я был на месте убийства и видел сам, что ничего не пропало. Его бумажник, часы, его…

— Да знаю я, знаю, — перебил Сергей.

— Тогда почему же в том сраном некрологе написано, что у него пропали ценные вещи?