Пол Галлико - Посейдон

Слово «дорогой» неприятно резануло его слух, но взглянув на девушку, он вновь почувствовал, как сильно влюблен в нее.

— Недолго ему остается плавать на поверхности моря, — фыркнул Рого.

— Ну, а тогда имеет ли смысл продолжать карабкаться вверх вот так, выматываясь до последнего? — пожал плечами Мэнни.

Скотт уже шагнул было вперед, но тут обернулся на секунду и проговорил:

— Имеет. Хотя бы потому, что все мы — люди и ответственны за свою жизнь.

Скотт немного изменил порядок движения наверх. Он переставил Мэнни Роузена и Кемаля. Теперь сначала шел Мэнни, за ним Белль, а уже потом турок. Он отвел матроса в сторону и жестами попытался объяснить, что он него потребуется.

Кемаль понимающе закивал:

— О’кей, о’кей, — заулыбался он и показал свои могучие ладони, взглянув на полную миссис Роузен.

— Ну, теперь я уверен в том, что у нас получится все, — кивнул Скотт.

Последний участок восхождения действительно был опасен. К тому же мышцы путешественников, не привыкшие к подобным упражнениям, начали сдавать. Они ныли, нестерпимо болели, а кое у кого начались даже настоящие судороги. Скотту приходилось часто останавливаться и объявлять перерывы. В основном, конечно же, из-за толстушки Белль. Несчастная женщина стонала и жаловалась при каждом шаге, однако продолжала идти, как и все остальные. Скотт гипнотически действовал на людей, а сейчас еще сумел убедить всех, что для достижения цели следует беспрекословно соблюдать строжайшую дисциплину. И его слушались, повторяли каждое движение, передавая его по цепочке следующему. К тому же эта необходимость внимательно следить за предыдущим членом команды и в точности копировать его отвлекала от мрачных мыслей.

Вот и большое зубчатое колесо редуктора над головой священника. Хотя угол выступа был не слишком большим, преподобный Скотт с трудом представлял себе, как миссис Роузен одолеет это препятствие. Тут многое, если не почти все, зависело от Кемаля.

Скотт обратился к мисс Кинсэйл:

— Увеличьте расстояние между нами до десяти футов. Внимательно смотрите, как я пройду вот этот участок, а потом в точности повторите каждое мое движение. Я смогу помочь вам и буду вас подтягивать к себе. Понимаете? А теперь передайте мои слова Мартину и добавьте, чтобы он дословно передал все другим.

И священник двинулся вперед. На этот раз он использовал для подъема не только руки, но и колени и локти. Впрочем, он был в отличной спортивной форме. Не зря священник так часто тренировался и на теннисном корте, и на поле для сквоша. Но даже он почувствовал неимоверное напряжение всех мышц.

— Я молюсь за вас! — произнесла мисс Кинсэйл.

— Ну, это уже лишнее! — раздраженно воскликнул Фрэнк. — Лучше внимательно смотрите на меня и постарайтесь все хорошенько запомнить. Когда достигнете вот этого места, наклонитесь чуть влево, понятно?

— Да-да, доктор Скотт, конечно, — обиженно надула губы мисс Кинсэйл. — И об этом я тоже обязательно скажу мистеру Мартину.

Скотт ловко подтянулся на последнем футе сложного участка и успешно преодолел его. Дальше — подниматься, используя перевернутые ступеньки. Скотт остановился, выждал несколько секунд, переводя дыхание, и без труда забрался наверх. К своему удовольствию он увидел, что на последнем отрезке пути их опять ждала перевернутая лестница, по которой можно было пройти, как по трапу.

— А дальше будет совсем просто! — крикнул он мисс Кинсэйл. — Валяйте, поднимайтесь ко мне!

Она одолела участок пути на удивление быстро. То ли тут сыграли роль ее врожденные ловкость и гибкость, то ли вдохновил пример Скотта. Так или иначе, ей потребовалось в два раза меньше времени, чем самому священнику. Всего несколько секунд — и она уже рядом с ним, готовая помогать поднимавшемуся следом мистеру Мартину. Но она не слишком радовалась своему успеху. Срывающимся голосом она проговорила:

— Доктор Скотт, боюсь, что миссис Роузен ни за что не сможет пройти этот поворот.

— Сможет, — нахмурился Скотт. — А если нет, тогда нам придется оставить ее, а самим продолжать путь. Но я верю в нее, она отважная женщина.

Мисс Кинсэйл с ужасом смотрела на него, словно не веря своим ушам:

— Ведь вы это не серьезно говорите, да?

— Нам пришлось уже оставить и того англичанина с его подружкой, и десятки других людей, которые не хотели или не смогли пойти с нами. Почему, как вы полагаете, нам удалось добраться вот до этого места? Да потому что мы по своему духу — победители.