В ходе следствия было также доказано, что Зою убила Марго: на колье жертвы и мобильном телефоне Ивана Денисенко были найдены отпечатки ее пальцев, а на платье, том самом, черном, в котором застрял сломанный ноготь Зои, нашли следы ее же губной помады и слюны…
* * *
…Спустя примерно полгода после описанных здесь событий Федору позвонил Иван и с ходу закричал:
— Федя, это же охренеть! Ты не поверишь, Рубан снова женился! Знаешь, кто пятая?
— Наташа-Барби, — сказал Федор первое, что пришло на ум.
— Уже знаешь? — разочарованно сказал Иван. — Дим ушел в запой. Еще бы! Родной папашка вставил фитиля! Ребята обвенчались в храме Спасителя в прошлое воскресенье, почти никого не было. Надо бы поздравить молодых! — Иван хихикнул. — Мишка суетится, готовит выставку Мэтра, поднял и оттащил в ремонт тачку. До смерти рад, что простили и на свободе — журналист не стал раздувать, спустил на тормозах. Взялся резать памятники девчонкам, белый мрамор, ангелы, розы… все путем. Я тоже поучаствовал финансово, а как же. А ты чего смурной? Может, сбежимся, обсудим, чего подарить?
— Давай, — согласился Федор.
…Они сбежались в маленьком ресторанчике близ центрального парка — «Детинце». Здесь было полутемно и прохладно. Иван был громогласен, слегка нетрезв и растрепан, румяная его физиономия лоснилась от пота.
— Во старикан дает! Снимаю шляпу! Гигант! — вопил Иван в совершеннейшем восторге. — А Димка лузер! Давай, Федя, за Мэтра! — Он выпил, с размаху поставил стакан и утер лицо салфеткой. — Чертова жара! А как ты?
— Нормально. Через неделю улетаю на Кипр.
— Ага, класс! А вообще как? — Ивана распирало от желания спросить про Стеллу, но он постеснялся — прущий напролом обычно, он испытывал сейчас странную робость.
— Стелла уехала, — сказал Федор.
— Насовсем? А ты?
Федор усмехнулся:
— А я остался, как видишь.
… — Почему? — спросил он в их последнюю встречу. — Я же все понимаю, ты не могла иначе.
— Могла! Я испугалась, понимаешь? Если бы не ты, я бы промолчала. Я не понимаю себя. Я ненавижу себя. Ты никогда не забудешь… Мы оба не забудем.
— Останься, — попросил он. — Все зависит только от нас…
Она помотала головой:
— Я молчала, я боялась, что он меня ударит или бросит. Я собиралась жить с ним, как будто ничего не случилось, лишь бы все оставалось как есть. Я не понимаю, как я могла быть такой… таким ничтожеством, понимаешь? Слабым запуганным ничтожеством. Я не стою тебя, Федя, пожалуйста, не мучай меня… — Она заплакала.
… — Слушай, а давай и я с тобой! — загорелся Иван, не замечая молчания Федора. — Можно захватить Дима, а то он подраскис… конечно, опять новая мачеха! — Иван заржал. — Возьмем тачку, покатаемся по острову, опять же кабаки, музеи, местное винцо на пляжике, прекрасный пол в бикини. Отдохнем пучком, три свободных чувака… как тебе, а?
Воодушевленный Иван принялся развивать тему отдыха, которая нравилась ему все больше и больше; он кричал и размахивал руками…
Подробнее читайте об этом в романе Инны Бачинской «Стеклянные куклы».
Rigor mortis ( лат .) — трупное окоченение.
Сай-фай — научная фантастика, от англ . «science fiction», сокращенно «sci-fi».
Carpe diet ( лат .) — живи настоящим, лови момент.
Pereat mundus et fiat justicia ( лат .) — Пусть погибнет мир, но свершится правосудие.
Ad vocem ( лат .) — К слову.
Quod erat demonstrandum ( лат .) — Что и требовалось доказать.
Guadeamus igitur Juvenes dum sumus ( лат .) — Итак, будем веселиться, пока мы молоды.
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу