Иван Сербин - Гилгул

— Да-да, — кивал эксперт. — Я заметил. Конечно. Видно, что человек не совсем здоров… Да и грязноват костюм у товарища вашего.

— Вот именно, — улыбнулся Костя. — Это он упал в лужу, когда его машина…

— М-да. Конечно. Эксперт скрылся за дверью, а Костя вернулся обратно.

— Что с тобой сегодня происходит, Сашук? — сиплым шепотом спросил он. — Как с цепи сорвался, ей-Богу.

— А я и сорвался, — ответил тот. — Я, Костя, с такой цепи сорвался, что ты и представить себе не можешь.

— Да ладно, будет тебе. — Костя недоверчиво отстранился, чтобы заглянуть приятелю в глаза. — Говорил же, езжай домой. Нет, не послушал, а теперь вон, — кивнул в сторону витрины с атласом, — переклинивает тебя.

— Поеду, — сказал Саша. — Прямо сейчас.

— Постой, — окончательно растерялся Костя. — А как же книга?

— Она мне больше не нужна. Я и без нее все вспомню. — Он решительно повернулся и пошел к двери.

— А я тебе ее завезу, — сказал ему в спину Костя. — Ближе к вечеру! Заодно и проведаю. Саша спустился по узкой лестнице на улицу, толкнул могучую дверь и вдохнул полной грудью. Как и прежде, небо затягивала здоровенная туча. На улице было сумеречно, но оно и к лучшему. Только тут, под открытым небом, дышалось спокойно. А тем временем Костя стоял посреди музейного зала, задумчиво шевеля губами и глядя на захлопнувшуюся дверь, словно все еще мог видеть Сашу. Кто-то коснулся его локтя. Костя вздрогнул и, словно очнувшись ото сна, повернул голову. Это был эксперт. Он стоял в тени колонны, поддерживающей высокий потолок, и улыбался.

— Это вы… — не без облегчения выдохнул Костя. — Испугали.

— Простите, — улыбнулся толстяк. В нем не осталось и следа сытой развязности. — Мы можем поговорить, так сказать, тет-а-тет?

— Да пожалуйста, — пожал плечами оперативник. — Ради Бога. — При этих словах пыльный музейный работник снова улыбнулся. — А что? Обнаружилось что-нибудь важное?

— Очень важное, очень, — покивал эксперт. — Позвольте вот сюда, в уголок. Здесь нас никто не побеспокоит. Я сейчас все объясню. Они прошли между витринами и устроились за одним из столов для посетителей. Костя автоматически отметил, что стол этот — самый дальний от того, за которым сидит смотрительница. Эксперт оглянулся. В его движениях появилась странная вороватость.

— В общем, насчет книги… Ваш товарищ был прав. Она подлинная, но не представляет ни малейшей ценности с точки зрения букинистики. Обычная беллетристика на библейскую тему. В конце прошлого века подобных книг выходило множество. В принципе ерунда, глупость, говорить не о чем. Я справился в центральной картотеке. В каталоге издательства «Благовествование» значится и даже тираж указан: три тысячи экземпляров.

— А почему же в книге тираж не проставлен? — спросил Костя.

— Наверное, такова была прихоть издателя. Если бы вы знали, к каким трюкам прибегали в то время, чтобы возбудить интерес к своей продукции, вас бы это не удивило. — Эксперт пожал плечами, при этом возникло ощущение, что он подтянул тело к неподвижной голове, на мгновение повиснув в воздухе вместе со стулом. — Так что цена вашему раритету — три копейки, и то исключительно по случаю базарного дня. Не верите мне — сходите в букинистический, там подтвердят.

— Почему не верю? — вздохнул Костя. — Верю. Вы же эксперт.

— Справка нужна?

— Насчет книги? Да нет, не надо. Подлинность установили, и ладно. А вот как бы узнать, кто ее брал в последние… скажем, полгода. А еще лучше, год.

— Узнаем, — пообещал эксперт. — Непременно. Сейчас и сходим. Только сначала мне нужно задать вам пару вопросов. Вы позволите?

— Пожалуйста, — недоумевающе ответил Костя. — Спрашивайте, если нужно.

— Вот и прекрасно. Итак, вопрос первый. Скажите, — вкрадчиво промурлыкал эксперт, — у вас есть мечта?

— Какая мечта?

— Ну, какие они бывают. Квартиру, например, получить, машину, или начальником милиции стать, или жениться на первой красавице, не знаю. Много денег, в конце концов.

— Не понял? — изумленно протянул Костя. — Это вы к чему? Эксперт улыбнулся многозначительно:

— Скоро поймете. Есть у вас такая мечта?

— Ну есть, конечно.

— Назовите.

— Зачем?

— Назовите, не бойтесь. Я ведь ее не украду. Костя открыл было рот, чтобы послать прилипчивого толстяка по матушке, но вместо этого, неожиданно для самого себя, пробормотал:

— Хотелось бы, конечно, стать…

— Хотелось бы, конечно, стать… кем? — эхом повторил эксперт.

— Ну… — Костя вдруг смутился и покраснел. — Начальником. Не всего уголовного розыска, конечно. Но хотя бы управления, — рваной скороговоркой добавил он.