Саймон. Насчет нас с Майрой можешь не беспокоиться. Мы никому глаза мозолить не будем.
Сорел. А мы с Ричардом завтра на целый день уйдем на реку.
Джудит. На реку?
Сорел. Возьмем лодку.
Джудит. Я тебе категорически запрещаю даже подходить к лодке!
Саймон. Тем более, наверняка будет дождь.
Джудит. Что скажет отец, я и подумать боюсь. Он должен успеть к сроку закончить свою «Грешную женщину». А тут будет этот шум!
Сорел. Да кто собирается шуметь? Разве что этот твой… как там его… Может, он у тебя слишком шумливый?
Джудит. Если ты будешь хамить Сэнди, я на тебя очень серьезно обижусь.
Сорел. Но послушай, мама!..
Саймон. Почему ты думаешь, что я…
Джудит. Он приезжает только потому, что мне это приятно!..
Появляется спустившийся по лестнице Дэвид. Он очень раздражен.
Дэвид. В чем дело? Что за дикий крик?
Джудит. Клянусь, я с ума сойду!
Дэвид. Почему Клара не принесла мне мой чай?
Джудит. Не знаю.
Дэвид. А где она?
Джудит. Перестань меня допрашивать!
Дэвид. Чем вы тут все расстроены? Что случилось?
Клара входит через служебную дверь с маленьким чайным подносом в руках и сует его Дэвиду.
Клара. Ваш чай. Уж извините, что поздно. Эмми чайник поставить позабыла. У нее зуб разболелся.
Дэвид. Бедняжка. Нужно дать ей гвоздичного масла.
Сорел. Если еще раз кто-нибудь скажет про гвоздичное масло, я за себя не отвечаю.
Дэвид. Что за чушь? А где Сузи?
Саймон. Утром я видел ее в саду.
Дэвид. Я уверен, никому из вас даже в голову не пришло ее покормить.
Клара. Я ей, как всегда, поставила еду возле стола на кухне, да она к ней не притронулась.
Сорел. Может, она мышей ловит.
Дэвид. Для этого она еще слишком маленькая. При вашей о ней заботе она вполне могла упасть в реку и утонуть! Постыдились бы!
Клара. Да не берите в голову. Сузи не пропадет, она такая хитрющая. (Выходит через служебную дверь.)
Дэвид. Чтоб меня больше не беспокоили. (С подносом в руках поднимается по лестнице, оборачивается.) Да, Саймон. Тут должна подъехать одна симпатичная юная особа. Поездом в четыре тридцать. Я тебя прошу, встреть ее и будь полюбезнее. Она непроходимая дура, но любопытна мне как типаж, и я хочу понаблюдать — как она будет здесь себя вести. Переночевать она может в японской гостиной.
Дэвид выходит, оставив за собой мертвую тишину. Сорел плюхается в кресло.
Джудит (после паузы) . Кто бы сыграл мне на рояле что-нибудь лирическое?
Саймон. К черту все! К черту! К черту!
Сорел. Думаешь, твоя ругань поможет?
Саймон. Мне только она и поможет.
Сорел. Чего отец хочет этим добиться?
Джудит. Саймон, поскольку приема гостей не избежать, ты бы все-таки побрился.
Саймон стоит, трагически опершись на рояль.
Сорел (яростно, сквозь слезы) . Просто свинство! Стоит мне чего-то захотеть, как тут же этого хотят все остальные! Боже, как я мечтаю жить сама! Отдельно! Быть свободной личностью! И делать все, что я хочу! Чтобы эта семья меня не душила и не мешала существовать!
Джудит (с картинным трагизмом) . Дитя мое, ты своими словами разрываешь мне сердце!
Сорел. Мама, а ты меня раздражаешь!
Джудит (скорбно) . Увы, в последнее время мои дети совсем переменились. Я пыталась не замечать этого, и напрасно. В мои годы надо смотреть горькой правде в глаза.
Саймон. Я чувствую, это будут самые кошмарные суббота и воскресенье в моей жизни.
Джудит (задушевно) . Не надо плакать, моя девочка.
Сорел. Нечего меня утешать, это просто нервы.
Джудит (усаживая ее на диван рядом с собой) . Моя девочка. Ну, положи мне головку на плечико.
Саймон (язвительно) . Да-да, положи свою златокудрую головку…
Сорел (сквозь слезы) . Ричарду придется ночевать в «преисподней», а это особе отдадут японскую гостиную!
Джудит. Только через мой труп.
Саймон. Мама, что будем делать?
Джудит (притягивает сына к себе, кладет его голову на свое правое плечо, голова Сорел — на ее левом плече. Словом, умилительная картина материнства) . Мы с вами должны быть добрыми, очень, очень добрыми — ко всем, ко всем…
Читать дальше