– «Ни один паразит меня, как ты, не поразит!»
Антиквар работает на прошлое, часовщик – на настоящее, а садовник – на будущее.
Гадил, угадал, и угодил.
Воистину для еврея главное – хорошо поесть и весь день после этого отдыхать.
Голову нужно не завивать, а развивать.
Мана небесная – пыль в глаза избирателей (мана – порция, иврит).
Идеи путешествуют без виз.
В день юбилея в зале появился сам юбиляр и сопровождающая его группа психиатров.
Человек подобен дроби. Числитель – это то, что он представляет собой на самом деле. Знаменатель – то, что он о себе думает. Чем больше знаменатель, тем меньше дробь.
Человек устает больше всего, когда ему нечего делать.
Бог везде, и это зашифровано в буквах слова «ЭХОД» (один, иврит), «АЛЕФ» (один), один властелин мира, который дает жизнь всему, в каждом месте и все время.
Научиться говорить можно с молочными зубами, а молчать —
со вставными.
Чрезмерная гордость – это вывеска ничтожной души.
Я тебя повешу на первой сукЕ! (сукА – шалаш, иврит)
Точка зрения многих людей на поверку оказывается только запятой.
Мы живем, как в лесу – что ни секретарша – то ягодка, что ни начальник, – то дуб.
Если он Чингисхан, то она – Чингисхана.
Нелегко снять жир с тела, но значительно труднее – с души.
Иногда любовь требует таких жертв, что она теряет всякий смысл.
Отсутствие любимых иногда равно их присутствию.
Мужчины в любви робеют, а женщины в любви смелы.
Если ты не можешь делать то, что тебе нравится, то пусть тебе нравится то, что ты делаешь.
Аббревиатуры бывают обучающие (ЛУРНИСТ – семь чувств, – любит, уважает, ревнует, ненавидит, испытывает, страдает, таится). Но здесь не хватает еще одного чувства – жалеет, которое восполняет дефицит любого из предыдущих чувств.
Аббревиатуры бывают специфические (ФСБ, КГБ, ФБР).
Аббревиатуры бывают прикладные (КМН – туристическая аббревиатура – кружка, миска, нож).
Аббревиатуры бывают глупые («S», «M», «L» – размеры одежды в магазинах).
У моря есть берег, а у любви – пристань.
Практика – язык теории.
Воздух учёного – факты, на которые он опирается.
Ученость для одних – корона для любования, а для других – священная корова, которая их кормит.
Совохупление (хупа – обряд бракосочетания в Израиле).
Птицы похожи на людей тем, что слетаются к месту корма.
Бо-женственный.
В преисподнюю – в исподнем.
Ангелы света не лучше, чем дьяволы тьмы.
Две слабости вместе становятся силой.
Покойным только снится.
Птичья болезнь – перепила.
Самая сладкая месть – прощение.
Из торы я, такая вот история.
Держав чина – разъедает.
Постель общая, а сны разные.
Сила человека зависит от силы его стремления.
Если влюблен европеец – он женится, если араб – он женится на другой, если бедуин – он берет себе в жены очередную жену.
Люди – не письма. Их нельзя откладывать в сторону.
Все люди – братья. Но не все братья – люди.
Диалог: «Дорогая, что у тебя с падежом сахара?
– Слава богу, последнее время обхожусь без падежей!
Его зарыли на звезде, что имени его.
Правая рука Бога – милосердие.
Когда на спидометре жизни – за шестьдесят, то пора думать об ограничении скорости.
Женщины позволяют нам только раздевать их, но при этом не забывают обязывать нас одевать их с иголочки.
Если человек – ни рыба и ни мясо, то его свободно можно использовать в качестве колбасы.
Он в браке состоял, как в переписке.
Наши классики играли в классики.
Папайя – и папа я, и мама я.
Шлимазлу нужен мазл (шлимазл – несчастье, мазл – счастье, идиш).
Иисус-олим.
Купи бухту и яхту, и стань на вахту.
Доходом считаются деньги, которые не надо считать.
Если долго глядеть в бездну, бездна начинает глядеть на тебя.
Чтобы не окаменеть от страха, нужно не забывать дышать.
Поциенты, поцерия, поцунда, поцдам, поцтальон (поц – мужской половой орган, идиш).
Человек только тогда по-настоящему живет, когда умирает от любви.
Все женщины боятся. Только одни боятся конца жизни, другие – самой жизни, а третьи – конца.
Не каменный век, а веки – каменные.
Избивать аппетит.
Надежда всегда побеждает опыт.
Иногда лучше быть не первым, а последним.
Когда отара овец поворачивает обратно, последний баран становится вожаком.
Слетал в вечность – побывал в летаргическом сне.
Всё в мире одноразовое.
Собравшись в большой синагоге Иерусалима, евреи обратились к Всевышнему с вопросом: «Бог наш единый, почему ты допустил, чтобы евреи делали открытия на территории и в пользу стран рассеяния, а не для Израиля?»
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу