Unknown - i 8cc7d26539e0f8c9

хочешь? Может принести чего-то? — Бэн очевидно адресовал этот заботливый вопрос Мартину.

Я на мгновение подумала, может Мартину следует приобрести какой-нибудь тестер для

определения яда. Я не доверяю Бэну, этот предатель мне не нравится.

— Нет, — сказал Мартин.

Я чуть не рассмеялась, несмотря на свое нервное состояние. Простое «нет» Мартина,

прозвучало, больше чем нет. Было похоже на предупреждение и угрозу, на разрешение уйти и

требование. Я была впечатлена тем, как много презрения он вложил в одно маленькое слово.

— Ну хорошо... — последнее, что я услышала, это шаги Бэна по песку. — Я проголодался,

пойду поем. Увидимся с вами позже.

Я не двигалась, даже когда была уверена, что Бэн ушел. Я не могла оторвать пальцы от

места, где они крепко сжимали мои ноги.

Повзрослев, я пыталась похудеть, но не расстраивалась, как большинство людей из-за своего

размера. Я изо всех сил работала, чтобы принять это. У меня было желание быть другой, но потому

что я верила своей маме и ее убежденности, что со мной все в порядке или то, как я выгляжу, это

нормально и мое тело само избавиться от лишнего, я никогда не боролась с весом.

Я была пухлым ребенком и очень, очень низкой, ниже, чем другие дети. Потом, во время

второго года в старшей школе, я выросла на четыре дюйма и подтянулась. Затем выросла еще на

два дюйма на предпоследнем годе учебы.

Но я никогда не была худой и подтянутой, скорее мягкой и сгорбленной. Мне действительно

нравилась моя линия талии, поскольку она была узкой, хоть потом и расширялась на бедрах —

словно песочные часы, как определила за меня моя мама.

Она говорила мне, я буду гордиться своими формами и телом, любить и дорожить им, потому

что оно мое. Никто, сказала она, не должен говорить мне, что думает о моем теле. Если я выскажу

другому человеку свои сомнения по этому поводу, то я дам ей или ему контроль над собой, а я

должна контролировать свой образ.

Вот, что она сказала.

Но это была не правда. Потому что даже если я знала, что Бэн опустился так низко, и его

мнение было также важно, как блеск в море, слово толстуха было обидным, не зависимо от

источника.

Я чувствовала взгляд Мартина на себе и хотела бы, чтобы на мне была рубашка или халат,

или большой мешок для мусора, чтобы скрыть мои неидеальные формы. Кроме того, я хотела

разрезать перфоратором на куски Бэна, когда мне представится такая возможность.

Мартин передвинулся, сев на полотенце Сэм лицом ко мне. Я подняла подбородок,

посмотрев на горизонт. Я была не готова смотреть на него. Я пыталась взять под контроль свои

растрепанные чувства. Пыталась подавить чувство неловкости, ползущее по моей груди и горлу,

душившие меня. Я была неуклюжей, пухлой девушкой, с бледной кожей, сидя рядом с мускулистым и

загоревшим Греческим Богом.

Мартин вытянул свои длинные ноги перед собой, оперся на руки позади меня так, что его рука

и грудь касались моей спины и руки. Этот контакт был словно искра в моем туннеле холодного

75

Книга 1: Притяжение

Пенни Рейд

оцепенения. Затем он наклонился, уткнувшись носом в мою щеку, и нежно поцеловал меня.

Неожиданно для себя я почувствовала, что таю.

— Эй, Паркер, — прошептал он, продолжая целовать мою щеку. — Что случилось?

Я покачала головой, в то время как мое тело инстинктивно прижалось к нему, мое плечо было

напротив его груди. Так хорошо было чувствовать его, такого твердого и горячего.

— Почему этот парень здесь? — спросила я.

Мартин оглянулся через плечо туда, где его товарищи по команде ели, после чего снова

повернулся ко мне.

— Он что-то сказал тебе?

Я прочистила горло, после чего ответила вопросом на вопрос:

— Зачем ты пригласил его? После того, что он пытался сделать с тобой.

Он мягко вздохнул, потерев пальцами мою руку до локтя, следуя за рукой глазами. Казалось,

что он рассматривал мою руку, когда схватил меня за ногу.

— Потому что он сильный, и нужен нам, и лодке, чтобы победить, — его голос был злым, но я

знала, что злость направлена не на меня.

Я скользнула взглядом в сторону, обдумывая эту новость и выражение Мартина. Он не

выглядел счастливым от того, что Бэн здесь. На самом деле, он выглядел смиренно-сердитым. У

меня сложилось впечатление, что он использовал это выражение для компромиссов, и это выглядело

неправильно и неуклюже.

— Он пытался накачать тебя наркотиками, — заявила я с пылом, которого не ожидала от