Maria Maximova - Unknown

Он был не похож на себя, не то чтобы я хорошо его знала, но я понимала, что события предыдущего дня тяжким грузом давили на него. Я понимала это просто потому, что иначе и быть не могло. Я отпустила его, не потому, что хотела, чтобы он ушел, а потому, что он был мужчиной из Колорадо, и я поняла, что он хочет побыть наедине с собой.

Он уехал, а пять минут спустя, когда эвакуатор выезжал, я увидела, что вернулся Макс.

Я смотрела, как он остановил машину, вышел из нее и пошел по хрустящему снегу к крыльцу. Солнце не разогнало облака, в воздухе чувствовался морозец. Я уже была в пальто и оборачивала шею шарфом, приготовившись отправляться.

— Привет, — сказала я, когда Макс поднялся на вторую ступеньку.

— Детка.

— Ты в порядке? — спросила я, когда он шагнул на крыльцо.

— Нет, — ответил он, подходя ко мне.

Мне было больно за него, я видела, что его тоже одолевают тяжелые мысли, но нужно было заниматься и другими делами, слишком важными, чтобы их откладывать.

— Извини, но нельзя ли нам поговорить в «Чероки»? Нам надо спуститься обратно, к Минди.

Макс кивнул, но так и не прикоснулся ко мне, что показалось мне странным и смутно тревожным.

— Тебе надо запереть дверь. Я выключила кофеварку, в доме все в порядке.

— Хорошо, — сказал он и подошел к двери, звеня ключами.

Я облизала губы.

Что-то было не так, сильно не так. Нельзя сказать, что Макс знает меня как облупленную или я знаю его, совсем нет. Но он нежный и любит прикосновения, он почти всегда держится рядом со мной. Особенно, когда раздумывает о чем-то или думает, что я слишком задумалась.

Подобная отстраненность была необычной и не нравилась мне.

Чтобы скрыть свою реакцию, я спустилась по ступенькам и пошла к джипу, хрустя по снегу своими сапогами на каблуках. Сев в машину, я посмотрела на окно с водительской стороны, ожидая увидеть приближающегося Макса, но ничего не увидела.

Я посмотрела на дом, но и там не увидела, чтобы Макс запирал дверь. Я повертелась на сиденье, оглядываясь вокруг.

Макса не было.

Я снова посмотрела на дом и увидела выходящего Макса. Он запер дверь и, сбежав со ступенек, потрусил к машине. Я пристегивалась, когда он сел внутрь. Услышав звон, я повернулась и увидела, что Макс держит в руке связку ключей.

— Ключи, — пробормотал он, встряхнув их.

— Прости? — спросила я.

— От дома. Возьми, — приказал он, снова тряхнув ими.

Я машинально подняла руку и сжала ключи в кулаке. Без дальнейших разговоров Макс отпустил ключи, включил зажигание и развернул машину.

Я держала ключи в руке, размышляя о том, что Макс доверил мне ключи от своего дома, и это должно было бы стать значительным моментом в наших отношениях.

Я подождала, пока он что-нибудь скажет, но он молчал.

— Макс...

Он перебил меня:

— Нина, просто... не надо.

Не надо? Не надо что?

— Макс... — снова начала я.

— Нина, я серьезно.

Серьезно что?

Я не стала спрашивать. Я сглотнула, бросила ключи к себе в сумку и стала смотреть в окно.

Макс вел машину молча. Он не взял меня за руку, не включил радио, просто вел машину.

Что-то было сильно не так, и логически я понимала, что это связано с содержанием тех писем. Но нелогично, мой забитый мусором мозг говорил мне, что это связано со мной.

Логически, я думала, что Кертис Додд имел какое-то отношение к тому, что Элизабет Додд парализована, а Анна Максвелл мертва. Теперь Кертис Додд умер, и он не только поимел Макса в своем завещании, но еще и оставил ему письмо, которое сделало необходимым визит в полицейский участок. Это кого угодно приведет в дурное настроение.

Нелогично, я знала, что Макс без проблем рассказывает почти все, кроме историй о своей любимой умершей жене. Поэтому моя замусоренная психика настаивала на том, что его нежелание поделиться со мной сейчас имеет отношение ко мне.

И моя замусоренная психика напомнила мне, что я по глупости предложила Супер-Мистеру Колорадо Максу помочь заплатить за его новую землю. Он говорил, что не возражает против того, что я зарабатываю больше него, но и мой отец, и мой жених — оба пытались заплатить ему за то, чтобы он оставил меня, а потом, и двух часов не прошло, как я предложила ему деньги. Мужчины — гордый народ, особенно, как я успела заметить, мачо, живущие в горах Колорадо.

Какая же я идиотка.

Мы въехали в город, и примерно через два квартала Макс повернул направо. Он въехал в жилой район и остановился на подъездной дорожке перед домом, который выглядел так, словно был построен в семидесятых и в нем жила семейка Брейди 7. Макс вышел из машины, я тоже. Он не стал ждать меня, а сразу направился к двери.