Maria Maximova - Unknown

— Макс...

— Что поможет мне отвлечься.

Я подняла голову и повторила:

— Макс.

Он снова зарылся пальцами в мои волосы и посмотрел на мой рот:

— Хороший способ отпраздновать, что мы живы, дышим и одни.

— Я...

— Поцелуй меня, Герцогиня.

Я положила ладонь ему на грудь, а Макс притянул мою голову ближе к себе.

— Ты опять командуешь, — сообщила я ему.

Я почувствовала, как его губы улыбнулись под моими, и увидела, как эта улыбка отразилась в его глазах.

— Да, малышка. И предупреждаю, тебе лучше привыкнуть к этому, когда мы голые.

При этих словах я ахнула, и он поцеловал меня.

Может, все дело было в том, что на улице тихо падал снег, в камине горел огонь, на кухне мягко светилась подсветка шкафчиков, а около дивана горела единственная лампа, и все это делало дом более уютным и романтичным, чем раньше.

Может, дело было в том, что пришлось пережить Минди, Броуди, Максу и мне, и в облегчении от того, что мы все здесь, все еще ходим, разговариваем, дышим, целуемся.

Может, дело было в том, что пальцы Макса запутались в моих волосах, его твердое, теплое тело было так близко к моему, его рот сохранил легкий привкус кофе и ванильного кекса и просто вкус Макса.

Может, дело было в том, что это Макс и сегодня он оказался еще более великолепным, чем обычно.

А может, он просто очень хорошо целовался.

Но я растворилась в нем и в его поцелуе, склонила голову набок, подняла руки к его шее, скользнула пальцами в его густые волосы и коснулась его языка своим.

Макс зарычал мне в рот, и мое тело немедленно отреагировало на это ощущение, на этот звук, потому что мне понравился и сам звук, и то, что именно я заставила Макса издать его. Я сильнее прижалась к нему.

Макс убрал руку с моей талии и просунул ее под мою футболку, пробежавшись загрубевшими подушечками пальцев по коже моей спины.

Это мне тоже понравилось.

И я прижалась еще ближе.

Макс повернулся ко мне всем телом и вжал меня в кресло, его рука прошлась по моему животу, по ребрам и накрыла грудь

— Да, — прошептала я ему в губы, когда его теплая ладонь сомкнулась на моей груди.

Потом я поцеловала его, и наши языки переплелись. Макс большим пальцем погладил мой сосок, а я убрала одну руку из его волос, чтобы поднять его футболку и забраться под нее, скользя по его горячей коже и твердым мышцам.

Макс сжал мой сосок, а потом стал перекатывать его между пальцами.

Я почувствовала это движение всем телом, особенно между ног, и мне стало так хорошо, что я перестала сдерживаться.

Я толкнула Макса глубже в кресло и оседлала его бедра, потянувшись к его футболке. Макс помогал мне, он отпустил меня, завел руки за спину, стянул футболку через голову и отбросил ее в сторону.

Вот оно, мое время, мой шанс, великолепная грудь Макса находилась прямо передо мной, и я хотела исследовать ее.

Так что я наклонилась, поцеловала его в шею и принялась исследовать его тело руками, губами, языком, зубами. Соскользнув ниже, я нагнулась, чтобы добраться до него, попробовать его кожу на вкус, провести кончиками пальцев по твердым мышцам его живота, прихватить зубами его сосок. Макс шумно втянул воздух, и этот звук вызвал новый прилив влаги между моих ног.

Макс взялся за мою футболку, снял ее и тоже отбросил, а потом положил руки мне на спину и заставил выгнуться вперед и вверх, чтобы взять в рот мой сосок прямо поверх лифчика.

— Макс, — выдохнула я, когда ощущения от его сомкнувшихся губ прошили все мое тело, и снова вцепилась в его волосы. Макс шевельнул языком.

Даже через лифчик это ощущалось лучше, чем его пальцы, намного лучше. У него очень сильный язык.

— Еще, — шепотом потребовала я, инстинктивно прижав бедра к его твердому паху, и Макс оторвался от меня, потянул лифчик вниз, взял мою грудь в ладонь и снова впился в нее губами.

Божественно.

Я наклонила голову. Так невероятно видеть темную голову Макса на фоне моей кожи, его загорелую руку, державшую мою грудь ближе к его талантливому рту. Я не могла больше сдерживаться и услышала, как с моих губ сорвался стон.

Макс поднял голову, его полное желания лицо показалось мне еще прекраснее.

— Господи, милая, — тихо сказал он.

— Еще, — прошептала я снова, и неожиданно мы поднялись из кресла. Я обхватила ногами бедра Макса и вцепилась в его плечи, а он подхватил меня под попу и пошел к лестнице.

Я не могла остановиться, мне было мало Макса, возможно, мне всегда будет мало. Но я собиралась попытаться.