Maria Maximova - Unknown

Я застыла.

— Ладно, Герцогиня, — прорычал он, — я не стану ворчать по поводу долгого ожидания, если в итоге получу такое.

Мои соски затвердели, а его комплимент отозвался глубоко в сердце.

— Макс, — прошептала я.

— Невероятно прекрасно, — пробормотал он, коснувшись носом моего уха, и от его сладких речей у меня по коже побежали мурашки.

Мой взгляд уловил какой-то проблеск, и я обратила внимание на наше отражение в окне. Макс стоял, все еще уткнувшись лицом в мою шею, его большое тело в темной одежде окружало меня: мои светлые волосы, мой блестящий топ, а я находилась в уюте и безопасности его рук.

Мне так сильно понравилось увиденное, что я неосознанно накрыла его руки ладонями.

— Мы опоздаем, — тихо сказала я, не в состоянии оторвать взгляд от нашего отражения, не в состоянии остановить то тепло, которое охватило меня от его слов, не в состоянии вспомнить все причины, почему он был таким хорошим, таким чудесным, но не годился для меня. Я могла вспомнить только причины, почему он такой хороший и чудесный, и застрять на них.

Макс большим пальцем погладил мою грудь, и я вжалась в него спиной.

— Макс, стейки. Я голодна, — соврала я. Конечно, мне хотелось есть — мне редко когда этого не хотелось. Но я бы предпочла остаться здесь, в объятиях Макса, возможно, до конца жизни.

Макс поднял голову, но крепко сжал меня в объятиях, поцеловал в висок и отпустил.

— Стейки, да, — пробормотал он безо всякого энтузиазма и взял меня за руку. Я подхватила свою сумочку и палантин, и Макс потянул меня к кладовке.

— Я не слишком шикарно одета? — спросила я, с трудом одной рукой оборачивая плечи палантином, поскольку держала в ней клатч. Макс открыл дверь, отпустил мою вторую руку и достал мое пальто, потом закрыл дверь и посмотрел на меня. Под его жарким взглядом я перестала дышать. Тогда он односложно ответил:

— Нет.

Макс встряхнул мое пальто и расправил его, пока я соображала, что он держит пальто для меня. Я повернулась к нему спиной и сунула руки в рукава. Макс накинул пальто мне на плечи, и его руки скользнули вперед, обнимая меня. Мужчины и раньше помогали мне надеть пальто, но не так. Как и все остальное, Макс делал это лучше, намного лучше.

Он отпустил мое пальто, взял меня за руку и потянул к двери.

Мы стояли на крыльце, пока Макс закрывал дверь, когда он пробормотал:

— Не убирай этот топ далеко.

— Что, прости? — спросила я, глядя на его профиль, на что Макс резко развернулся ко мне и внезапно обхватив рукой мою шею, притянул меня к себе. Мне пришлось поднять руки, чтобы избежать падения, и я уперлась в твердую стену его груди.

— Этот топ, — повторил Макс, наклонившись ко мне, и я поняла, что его голос звучит забавно. Он был напряженным и хриплым, как недавно в кровати, и я поняла почему, когда Макс снова заговорил. — Сегодня ночью, когда я буду тебя трахать, я хочу, чтобы ты была голой. Но позже я хочу, чтобы ты была сверху в этом чертовом топе.

Мои колени ослабли, и сжавшиеся пальцы той руки, в которой не было клатча, царапнули грудь Макса, а я просто уставилась на него, не в силах функционировать, потому что потерялась в его глазах, и в то же время я остро осознавала реакцию собственного тела, и мне нравилось оба этих состояния так сильно, что ни для чего другого просто не осталось места.

— Детка, если ты не отойдешь, Минди и Броуди будут ужинать одни.

— Хорошо, — прошептала я, но не двинулась с места.

Мы оба так и стояли, не шевелясь и глядя друг на друга, в холодной ночи на крыльце.

Макс дернул ртом и поторопил:

— Герцогиня.

Я вздрогнула и отпрянула, пробубнив:

— Точно.

Макс положил руку мне на плечи и повел меня к пассажирской двери «Чероки», по дороге нажав кнопку открывания дверей. Макс открыл пассажирскую дверь, подождал, пока я сяду, а потом закрыл ее.

Я пристегивала ремень безопасности, а Макс обходил капот джипа, когда я осознала, что он подал мне пальто и открыл мне дверь.

Я в беде. Чудо-Макс становится еще чудеснее. А я-то думала, что это невозможно.

Черт.

Макс сел в машину, пристегнулся, завел джип и сдал назад. Мы выехали с подъездной дорожки на трассу, а я пыталась взять себя в руки, вспоминая все причины, по которым Макс означал для меня катастрофу в будущем. Я обдумывала это во время обеда и помню, что убедила себя. Однако потрясающий оргазм и слова Макса, кажется, возвели невидимую стену, и мой разум оказался не в состоянии вернутся к этим мыслям.

Макс нашел мою ладонь, переплел наши пальцы, потянул мою руку к себе и положил ее на свое твердое бедро.