Наталья - Переведено специально для группы https://vk

моим отцом.

Он сжал губы, а лицо его побледнело. — Это не вопрос, если ты уже знаешь на него ответ.

— Он провел руками по волосам, в осознании того, что я все прочитала. — Ну, да. Мы были

друзьями.

— Что за записи? Зачем ты просил их у моего отца? Почему ты отправлял ему медицинские

документы?

Он сглотнул. — Ты читала их?

Покачав головой, я ответила:

— Нет, они твои. Я видела дату.

Он подошел к двери своей спальни и жестом указал мне, пройти внутрь, но я не хотела этого

107

делать. — Давай же, Эмбер, я не собираюсь тебя использовать. — Улыбка, которую он мне

подарил, достигла глаза. Но это было всего лишь мгновением.

— Ты можешь воспользоваться мной, — пропела Твидлди из гостиной.

Она подошла и наклонилась так, чтобы и мне было слышно:

— Ты так же можешь воспользоваться мной!

Я съёжилась и ушла, прежде, чем она успеет закончить. Львиное логово или яма со змеями?

Конечно же лев. Я огляделась, чтобы отметить, что ничего не изменилось. Он даже повесил фото,

которое до этого стояло на тумбочке. Наконец вышел Джош с серым портфелем в руке. Парень

положил его на кровать и открыл со щелчком. — Должен отметить, что я никогда не думал, что ты

снова появишься здесь, но мечтал, однако не знал, что получится именно так.

Я сосредоточилась на его действиях рук и движениях мышц. — Ты не мог одеться?

Отвлекает. — Мой голос звучал хрипло, я не могла замедлить сердцебиение, не тогда, когда он в

трех дюймах от меня.

Он засмеялся, это не помогло, наоборот — возбудило.

— Ты не могла бы надеть другие брюки? Чтобы я не вспоминал, как хорошо было быть

обнятым в твои километровые ноги.

Я покраснела, а он усмехнулся, вытаскивая нужные бумаги из портфеля. — Ты собираешься

разобраться в деле, которое затрагивает меня.

Я посмотрела на него поверх бумаги. — Ты был ранен в июле, два года назад?

— Да, я был глуп и отдал охраннику единственный печатный экземпляр, который у меня

был. Затем, после обновлений, они потеряли связь с Афганистаном. Мне нужны были документы,

чтобы снова вернуться в хоккей. Я знал, что в больнице где-то есть копия. Мне повезло, что твой

папа знал, где надо искать.

— В той же больнице, верно? Но откуда он знал, где они находятся? — Появилось что-то,

что я не могла сопоставить.

— Верно, в той же больнице.

— Что ты пытаешься этим сказать мне?

— Посмотри на дату.

— Шестое июля.

— Что ты делала тем летом?

Я начала вспоминать. — Хмм... Я только что закончила среднюю школу, мама забрала меня,

чтобы отправить в Боулдер, где решила остаться в колледже с Райли.

Вместо того, чтобы поехать в Вендербильт, куда я мечтала. Это было еще одной жертвой для

нашего плана. — Мама забрала меня... — Я начала кое-что понимать.

— Потому что твой папа был на работе, — договорил он.

Озноб прокатился по моему телу.

— Посмотри на записи, Дисэмбер. Ты узнаешь этот подчерк. — Голос Джоша был мягким.

Я посмотрела на самый край листа.

Лечащий врач.

Мистер Дж. А. Говард.

— Он был врачом.

— Он спас мне жизнь. — Джош сидел на кровати, взгляд его был потерянным. — Мы

расчищали здание, а после я возвращался обратно. Мне приходилось быть там всего лишь раз. Он

схватил меня за руку и оттащил. — Он указал на шрам, возле его татуировки, которую я

рассмотрела в одну из ночей, проведенных вместе. — Пуля попала в ногу. Он разрезал мне бедро и

удалили бедренную артерию. Кровотечение было очень сильным, я мог умереть.

Медики не могли зажать артерию. Твой отец добила того, чтобы отправить меня домой. Он

хотел убедиться в этом. — Парень оглянулся, я упала в его глаза. — Когда я проснулся после

операции, понял, кем я являюсь. Он уже видел, как я играю, кон привел тебя на игру.

— Первокурсник, — прошептала я, вспомнив, как отец смутил бы меня. — Почему ты не

рассказал мне?

Он взял меня за руку. Я попыталась игнорировать чувство притяжения, которое

образовалось во мне. — Ты была настолько обезумлена тем, что он погиб в Афганистане. Я не смог

108

бы сказать, что если бы не он, я бы погиб. Я не хочу, чтобы ты думала, что смерть отца — моя

причина.

— Эмбер, но я не единственный, кого он спас. Есть множество других. Он был

великолепным хирургом. Я бы мог сказать тебе, но я видел, в каком состоянии ты была. Ты

оттолкнула меня на долгое время, потому что не хотела думать о наших отношениях после его

смерти. Как я мог рассказать, что причина того, что я здесь, это он?