Suvor - Unknown

- Когда это было снято? – спросил Фрост.

- Шесть лет назад.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что я знаю, где это. Я там была. Это Столовая гора в Кейптауне. – Она посмотрела на Фроста. – Эллиот Готт и Алан Роудс. Они были знакомы.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Детектив Риццоли входит на порог дома доктора Айлз, держа в руках ноутбук.

- Это последняя часть паззла, Милли, - говорит она. – Думаю, Вы захотите ее увидеть.

Прошла почти неделя после того, как я пережила нападение Алана Роудса. Хотя кровь и стекло убрали, а окно заменили, я все еще неохотно вхожу на кухню. Воспоминания слишком ярки, а синяки вокруг моей шеи слишком свежи, поэтому мы идем в гостиную. Я сажусь на диване между доктором Айлз и детективом Риццоли, двумя женщинами, которые охотились на чудовище и пытались спасти меня от него. Но, в конце концов, я стала той, кто должен был спасти себя. Я – та, кто должна была умереть дважды, чтобы снова жить.

Серый кот в полоску приседает на кофейном столике и смотрит взглядом, в котором читается неожиданный интеллект, на то, как Риццоли раскрывает свой ноутбук и вставляет в него флешку.

- Это фотографии с компьютера Джоди Андервуд, - поясняет она. – Именно из-за них Алан Роудс и убил ее. Потому что эти снимки рассказывают историю, и он не мог позволить кому-то увидеть их. Ни Леону Готту. Ни Интерполу. И уж конечно не Вам.

Экран заполняют значки изображений, все они слишком малы, чтобы рассмотреть какие-либо детали. Она нажимает на первый значок, и фотография раскрывается на весь экран. Это улыбающийся темноволосый мужчина лет тридцати, одетый в джинсы и жилет фотографа 118, через плечо перекинут рюкзак. Он стоит у стойки регистрации в аэропорту. У него квадратный лоб и добрые глаза, в нем есть какая-то счастливая невинность, невинность барашка, который не представляет, что отправляется на убой.

- Это Эллиот Готт, - произносит Риццоли. – Настоящий Эллиот Готт. Фото было сделано шесть лет назад, как раз перед тем, как он сел на самолет в Бостоне.

Я изучаю его черты, вьющиеся волосы, форму лица.

- Он так сильно похож на…

- На Алана Роудса. Может поэтому Роудс и решил убить его. Он выбрал жертву, похожую на себя, чтобы выдать себя за Эллиота Готта. Когда он познакомился в ночном клубе Кейптауна с Сильвией и Вивиан, то использовал имя Готта. Он использовал паспорт и кредитные карты Эллиота, чтобы забронировать рейс в Ботсвану.

Где я и встретила его. Я думаю о дне, когда впервые увидела человека, называющего себя Эллиотом. Это было в спутниковом терминале аэропорта Мауна, где семеро из нас ожидали посадки на самолет, летящий в Дельту. Я вспоминаю, как нервничала из-за полета на маленьком самолете. Помню, как Ричард сетовал на то, что у меня отсутствует дух приключений, и почему я не могу быть более воодушевленной, как те симпатичные светловолосые девушки, хихикающие на скамейке? О той первой встрече с Эллиотом я почти совсем ничего не помню, потому что мое внимание было целиком сосредоточено на Ричарде. На том, что я теряю его. На том, что ему, казалось, так скучно со мной. Сафари стало моей последней отчаянной попыткой спасти то, что у нас было, поэтому я почти не обратила внимания на неуклюжего мужчину, кружившего возле блондинок.

Риццоли переходит к следующей фотографии. Это селфи, сделанное на борту самолета. Настоящий Эллиот широко улыбается с кресла у прохода в эконом-классе, пока женщина-пассажир справа от него приподнимает бокал с вином на камеру.

- Все эти фотографии, снятые на мобильный телефон, Эллиот отправлял по электронной почте своей девушке Джоди. Это ежедневная хроника того, что он видел и с кем познакомился, - говорит Риццоли. – У нас нет текста электронных писем, сопровождающего эти фотографии, но они документируют эту поездку. А он много снимал.

Она перелистывает следующие фотографии. Его питание на борту. Восход солнца через окно самолета. И еще одно селфи, где он с глуповатой ухмылкой наклоняется в проход, чтобы показать салон позади него. Но на этот раз я фокусируюсь не на Эллиоте, а на мужчине, сидящем позади него, на мужчине, лицо которого отчетливо видно.

Алан Роудс.

- Они летели одним рейсом, - произносит Риццоли. – Может, именно так они и познакомились, в самолете. Или, возможно, встретились еще раньше, в Бостоне. Мы лишь знаем, что когда Эллиот приземлился в Кейптауне, у него был друг, с которым он мог гулять по достопримечательностям.

Она нажимает на еще один значок изображения, и на экране появляется новый снимок. Эллиот и Роудс, стоящие вместе на Столовой горе.