Harper Sloan - Axel

У меня уходит некоторое время на то, чтобы наконец-таки заснуть, но как только мне это удается, наступает все что угодно, но только не покой. В мой сон вторгаются кошмары с участием Брэндона и мечты о потерянном будущем. Когда около восьми в мою дверь стучит Ди и выясняет, не хочу ли я перекусить, мне требуется секунда на то, чтобы вспомнить, где я и что вообще происходит.

— Да, я оденусь и приду, — кричу я через закрытую дверь, по-прежнему стараясь выкинуть остатки сна из головы. Встаю с кровати, хватаю халат и отправляюсь на поиски Ди и Грега.

— Пицца, садись… поешь, — произносит Грег с набитым ртом.

— Клево, Грег, интересно, почему ты все еще одинок? — смеюсь я над ним.

Он бросает на меня насмешливо-сердитый взгляд, который веселит меня еще больше.

Мы едим в уютной тишине, просто наслаждаясь обществом друг друга. Когда приходит время одеться, нанести макияж и сделать прически, мы оставляем Грега перед телевизором смотреть какое-то спортивное дерьмо, чтобы поддержать его веселое расположение духа.

Мы с Ди тратим около двух часов, доводя наши волосы и лица до совершенства. Ее каштановые волосы длиною до плеч завиты, идеально уложены и как обычно подпрыгивают при малейшем движении. Она завила и собрала мои длинные волосы, чтобы удержать их с одной стороны, оставляя ниспадающими спереди и эффектно оголяя спину. Должна признать, что она явно упустила свое призвание. Ее макияж похож на мой, насыщенный и достойный клуба. Она подвела мои светло-зеленые глаза стрелками, покрыла веки ошеломительной комбинацией серебряных, черных, серых и белых теней; мой румянец был идеален, но основным элементом стали губы. Соблазнительного и дерзкого ярко-красного оттенка.

Захватив новое платье, я иду в комнату, чтобы нацепить на себя этот клочок мучений. Возможно, я осознаю, что она права, и я действительно выгляжу привлекательно, но это не значит, что я должна получать удовольствие, демонстрируя каждый дюйм обнаженной кожи. Маленькие шажки будут в самый раз и не дадут разбежаться.

Я стою перед своим шкафом уже довольно давно, просто привыкая к этому облегающему красному платью, идеальным волосам и безупречному макияжу.

Если бы это была не я, то подумала бы, что эта девчонка сногсшибательна. Но я такая, какая есть, и в настоящее время занимаюсь тем, что подмечаю каждый изъян. Грудь выглядит слишком большой, даже с недостатком в росте у меня слишком длинные ноги, чертовски обнаженная спина, чересчур высокие каблуки... я бы могла продолжать до бесконечности, но, к счастью, для Ди, она выбрала именно этот момент, чтобы войти ко мне в комнату.

Она выглядит потрясающе. Все то, чего моему платью недостает, и все то, что оно не прикрывает, имеется в ее наряде. На ней простое черное платье, подол которого обрывается на том же самом месте, что и у моего платья… на уровне влагалища. Или, по крайней мере, будет на уровне влагалища, если она наклонится, присядет или просто глубоко вздохнет. Фасон платья идеально подогнан по фигуре, облегая ее изгибы и придавая ее заднице фантастический вид. Я всегда завидовала изгибам этой девчонки. Она стройная во всех положенных местах. Великолепная задница и бесподобные сиськи. Если моему платью не хватает полноценной задней части, ее – в опасной близости к игре с выскальзывающим соском. Спереди вырез прямо по центру, оканчивающийся в области ее грудной кости.

— Черт побери, Ди… одно неверное движение и твои сиськи отправятся в свободный полет, — я уверена, что выгляжу нелепо, таращась на нее.

— Очень смешно, Иззи. Специальная липкая фигня, и эти «девочки» так примагничены, что никакое выпадение отсюда им не грозит, — она поднимает руки и совершает несколько круговых вращений, энергично виляя бедром. Не могу понять, танцует она или пытается взлететь, но она права, ее сиськи остаются на месте.

Как бы там ни было, существуют куда более насущные проблемы. Например, как, черт возьми, я должна ходить на этих пятидюймовых каблуках? Я – любительница балеток, сандалий. Я никогда не надевала туфель на таком каблуке. Когда я была замужем за Брэндоном, он хотел, чтобы я оставалась невысокой, каблуки запрещались, потому что они приблизили бы меня к его росту.

— Ди, а нельзя ли мне надеть мои балетки? Клянусь, в этих хреновинах я сверну себе шею. Как ты в них ходишь?

— Все в голове, подруга. И, нет. Ты не посмеешь испортить это платье балетками, — она практически выплевывает эти слова.

Бормоча себе под нос о преимуществах наличия медицинской страховки в случае, если я упаду и сломаю что-нибудь важное, я подхватываю с кровати свои туфли на высоченном каблуке и следую за Ди, выходя из комнаты и направляясь по коридору в гостиную.