Harper Sloan - Axel

— Итак, Грег, — включается Ди, пытаясь отвлечь наше внимание от разборок, — кто нас там встретит?

— Мои парни со времен моей службы в морской пехоте, — заявляет он, не спуская с меня глаз.

Я на мгновенье замираю, глядя на свой шот. Даже по прошествии стольких лет, я не могу унять дрожь, которая проходит через мое тело при упоминании морской пехоты.

Боже, я скучаю по нему.

Грег внимательно наблюдает за мной. Он знает о моем прошлом, понимает, что делает со мной одно маленькое слово. Мы много об этом не говорим, но он знает достаточно. Думаю, у него тоже имеется серьезная причина не распространяться о тех днях. Он никогда не рассказывал нам, почему был демобилизован. Знаю только, что он был ранен, просто не знаю при каких обстоятельствах. Полагаю, он расскажет, если захочет.

Я бросаю взгляд на Ди, которая понимающе на меня смотрит и быстро меняет тему разговора. Мы болтаем около часа, а затем хватаем наши вещи и направляемся к пикапу Грега. Мы с Ди намерены и дальше оттягиваться на полную катушку.

На протяжении нашей тридцатиминутной поездки в Атланту в клуб «Carnal» мы по большей части молчим. У проживания за городом есть свои преимущества. Я и забыла как сильно соскучилась по Джорджии, пока мы не поселились в Хоуп-Тауне (с англ. город надежды — прим. пер.) , в часе езды от того места, где я выросла. Я до сих пор помню, как, остановившись у края дороги, в специальной зоне отдыха, Ди вытащила карту штата, посмотрела на меня, широко улыбаясь, и предложила сделать выбор, что я и сделала. Хоуп-Таун был прекрасен, но самое главное – мы надеялись, что этот город станет для двух подружек началом новой жизни.

Я не возвращалась домой, в Дейл, с тех пор как уехала оттуда в семнадцать лет, слишком много воспоминаний, которые я не готова была пережить. Большинство из тех воспоминаний были счастливыми. Мои родители и наша жизнь, прежде чем они слишком рано меня покинули, оставив испуганного и убитого горем подростка. Когда я уезжала, в то время я не заботилась о том, что оставляю позади себя. Сейчас, когда мои родители умерли, там для меня ничего не осталось. Он тоже умер, поэтому какой теперь в этом смысл?

Придя в себя, я быстро заталкиваю болезненные воспоминания обратно в свой мозг, в коробку с надписью «нехрен сюда соваться». Я упорно трудилась, чтобы избавиться от прошлого, и в тридцать лет я, наконец, чувствую себя «здоровой» как никогда. Я больше не испытываю страха изо дня в день. Я окружаю себя позитивными и абсолютно счастливыми людьми; негативу больше нет места в моей душе. Боль все еще там, но не такая острая, как раньше. Я счастлива, или, по крайней мере, на пути к счастью.

Впереди я вижу улицу, на которой находится клуб «Carnal», очередь уже тянется от самой двери и дальше по тротуару. «Ну, Из, — думаю я, — настала пора надеть маску и насладиться ночью».

Глава 4

Клуб «Carnal» располагается в Атланте, в старом, перестроенном складе. Этот клуб был открыт четыре года назад, и мы с Ди отрывались в нем раз или два, с того момента как переехали в город. Это стильный клуб: дресс-код и все такое, парковщик у обочины и очередь не менее ста человек.

Еще одно преимущество посещения таких мест с Грегом — он знает работающих здесь людей, и, по-видимому, всех. Он подъезжает к тротуару и бросает свои ключи парню, который выглядит как парковщик. После того как Грег помогает нам с Ди выбраться из машины, он отходит пообщаться с огромный брутальным мужчиной на входе и пожимает тому руку. Они заключают друг друга в эти нелепые мужские объятия и перекидываются парой слов, оглянувшись несколько раз на Ди и меня. Вышибала коротко кивает и позволяет нам войти. Клянусь, Грег всегда получает все, что хочет.

Когда мы идем по темному коридору, ведущему в главное помещение, я чувствую музыку, пульсирующую в воздухе, освещение тусклое, но достаточно яркое для меня, чтобы увидеть море ритмично покачивающихся тел. Я игнорирую все это и направляюсь прямо к бару. Грегу и Ди понадобится минута, прежде чем они поймут, что я оставила их ради своей единственной женской миссии – напиться в хлам. Когда я уйду отсюда, я собираюсь быть в стельку пьяной и спотыкаться.

Подав сигнал бармену, я заказываю три порции текилы, прошу держать их наготове и, указав на Грега, говорю:

— Он платит.

Грег качает головой, но вытаскивает свой бумажник и передает свою кредитную карту бармену, чтобы открыть счет.

— До дна, сучки, — говорю я, быстро опрокидывая в себя все три шота.