l.melnyk - Unknown

– Я боюсь, Бен. Я так сильно хочу этого ребенка.

Я рыдаю и едва могу разобрать черты лица Бена, когда ощущаю, как его губы оставляют поцелуи на моём теле. Отстраняясь от него, я становлюсь перед ним на колени, и мы смотрим друг на друга. Глаза Бена сверкают непролитыми слезами, и я вижу всю любовь, которую он чувствует ко мне. Надеюсь, он может видеть мою любовь к нему, отражённую в моих глазах.

Я так сильно его люблю, что это причиняет мне боль.

Он шепчет:

– Иди сюда. Всё будет в порядке, милая. С нами всё будет в порядке, что бы ни произошло.

Когда он захватывает наши тела во всёохватывающее объятие, из ниоткуда в моей голове появляется образ голубых глаз, но я немедленно закапываю его в самых глубоких пределах моей виноватой совести. На очень короткое мгновение, что Арсен вывел из строя мои мысли, я понимаю, что с момента нашей встречи не прошло и дня, чтобы я не думала о нём. Но похоже, каждый раз, когда мысли о нём проникают в мой разум, я делаю вид, что того, что случилось, никогда не происходило. Я продолжаю притворяться, что он не заставлял моё тело желать чего-то такого искушённо-восхитительного, такого запрещённого, что возвращает его к жизни. Нет. Он не имеет права вторгаться в мои мысли сейчас.

Когда я ощущаю, как руки Бена крепче сжимаются вокруг меня, я заставляю себя поверить, что Арсен и его слова не имеют значения, и что единственная причина, почему я не способна выбросить его из своей головы, это потому что он всегда будет оставаться неизвестным. А я ненавижу неизвестные величины.

Возвращаясь к крепкому объятию Бена, я верю своим словам, даже если в моих собственных ушах они звучат как пустые отговорки.

У нас всё будет хорошо. Да.

Жизнь, растущая внутри меня, сможет уничтожить все пустоты, образовавшиеся во мне. Всё то, что даже любовь Бена не была способна наполнить с первого раза, когда это произошло.

Господи, я так сильно хочу этого ребенка.

Когда мы заканчиваем поцелуй, Бен немного отодвигается, чтобы посмотреть мне в глаза, наши тела всё ещё приклеены друг к другу. Он улыбается так широко, что я могу видеть ямочки на его щеках, которые глядят на меня и так и просят, чтобы я поцеловала их. Запечатлевая быстрый поцелуй на моём носу, Бен дарит мне тот его единственный озорной взгляд, который означает, что он хочет заняться сексом.

– Эй, хочешь сделать праздничный выезд на Диване Любви?

– Серьёзно, Бен?

Улыбающийся Бен опускает свой нос к моему и поддразнивает:

– Нельзя осуждать мужчину за попытку. Между прочим, я сказал тебе, каким чертовски счастливым ты меня сделала? Я люблю тебя, Кэти.

Глава 7

– Кэти… Кэти… Земля вызывает Кэти. Привет. Да, я всё ещё здесь.

Я смеюсь, когда поднимаю глаза на Эми, которая сидит за столом напротив меня. Её длинные рыжие волосы уложены в совершенные локоны и естественной волной спадают по её спине и плечам. Одетая в чёрный костюм и белоснежную рубашку, она выглядит эффектно.

Это несправедливо.

– Да? Между прочим, я ненавижу тебя. Только ты можешь умудриться выглядеть потрясающе в простом чёрном костюме.

Она размахивает кусочком хлеба перед моим лицом:

– Не льсти мне. Ты в последнее время смотрела на себя в зеркало, блонди? Даже я, стопроцентная любительница пенисов, переспала бы с тобой. Знаешь, беременность тебе идёт. Так, о чём ты думаешь? Ты кажешься погруженной в размышления и не притронулась к своей тарелке. Разве тебе не нужно есть за двоих и наслаждаться льготами беременной женщины, мечтать о детских носочках или о чём вам, беременным, нравится думать вместо того, чтобы сидеть и наблюдать за тем, как я ем, а?

– Что наталкивает тебя на мысль, что я мечтаю о детях и детских носочках? – улыбаюсь я Эми. Её подшучивание над моей беременностью заставляет меня почувствовать себя лучше, будто это и не такое важное для меня событие.

Я знаю, что ненормально возлагать так много на эту беременность, но чувствую, что мой брак и моё душевное равновесие висят на очень тонкой ниточке, и только этот ребёнок может спасти нас, спасти меня. Шутки Эми помогают смягчить страх, который затаился словно спящий вулкан в моём подсознании и в сердце. Постоянный страх, который медленно и мучительно грызет меня изнутри. Всё, что я способна сделать, это желать и молиться.

Усиливаю мои надежды, хотя знаю, что не следует.

«Кэти, я должна быть честной с тобой. У тебя беременность высокого риска. В соответствии с датой, когда у тебя была последняя менструация, ты сейчас на пятой неделе. Нам нужно быть очень осторожными на этом сроке. Пока твой первый триместр не закончится, мы находимся на шаткой почве. Поэтому я хочу видеть тебя каждые две недели, чтобы следить за развитием плода. Ты обязана избегать опасных веществ…», – слова доктора Пажари все еще крутятся в моей голове. Я слышу её голос, советующий мне ещё не выбирать имя ребёнку. Так что, да, сейчас мне нужен юмор. Я нуждаюсь в огромном количестве шуток.