l.melnyk - Unknown

Нет. Только Арсен называет меня так.

Я стараюсь не смотреть на мужчину в маске, которая, кажется, является помесью солнца и огня с пламенем или лучами, направленными во все стороны. Я не могу. Вместо этого, мои глаза останавливаются на женщине, стоящей рядом с ним. На ней утончённое белое платье покроя «принцесса». Бюстье обшито белыми кристаллами Сваровски, а её маска изображает лебедя с серебряными и белыми перьями. У неё полные губы, как и мои, длинная, тонкая и изящная шея. Её светлые волосы собраны в простой пучок, открывая всем её совершенную линию плеч. Она умопомрачительна, и она держит Арсена за руку.

Господи! Это карма кричит мне на ухо: «Съела, сука!», когда я вижу Арсена с другой.

Ревность – это чертовски сильное чувство. Она не просто съедает тебя заживо, она пожирает тебя изнутри. Это яд, который растекается по твоей крови, загрязняя и убивая тебя. Она разъедает тебя до тех пор, пока ничего не остаётся. И прямо сейчас я задыхаюсь от ревности. Я ненавижу её. Я ненавижу её!

Чувствуя слабость и то, что я вся покрываюсь потом, слышу голос Алана:

Леди и джентльмены, позвольте мне представить вам Бена Стэнвуда и его…

Бен перебивает Алана:

Мою жену, Кэти Стэнвуд.

Я, наконец, поднимаю глаза на Арсена и понимаю. Я рядом с Беном в многолюдной комнате. Я вижу и жажду мужчину, стоящего передо мной. И у меня нет пути назад.

Я выбираю Арсена.

Я выбираю его.

Глава 26

Блондинка первой протягивает свою длинную и ухоженную руку. Как же я не хочу пожимать её.

Привет! Меня зовут Джиллиан, но можешь называть меня Джилл. А это, её рука ложится на твёрдую грудь Арсена, Арсен Рэдклифф. Близкий друг семьи.

Её лицо светится, когда Арсен улыбается ей. Сжимая кулаки, я ощущаю, как мои ногти вонзаются в кожу, эмоции борются во мне. Мне хочется влепить ей пощёчину и стереть улыбку с её лица.

Он мой.

Мой. Мой. Мой!

Хватка Бена причиняет такую боль, что я чувствую, как у меня немеет вокруг талии.

Джилл, всё в порядке. Я знаком с четой Стэнвуд. Кэтрин, Арсен делает акцент на моём имени, работала на моего отца. Я обучался делу под её руководством до тех пор, пока не решил, что мне на всё плевать.

Краснея от его слов, я наблюдаю, как Арсен обращается к Алану и Лоретте с ухмылой на губах:

Надеюсь, я не оскорбил вас, дядя Алан, он поворачивается к женщине с царской осанкой, стоящей около него, и вас, тётя Лоретта. Вы же знаете, я не хотел выказать неуважение. Ах… я слышу оркестр в танцевальном зале.

Поднося руку Джиллиан к своим губам, он оставляет нежный поцелуй на её ладони.

Красавица, ты не против, если я потанцую с очаровательной миссис Стэнвуд? Прошло так много времени с тех пор, как я видел её в последний раз, говорит Арсен с сарказмом.

Затем он обращается к Бену, не взглянув на меня:

Не возражаешь, если я украду твою жену, Бен? Лишь на некоторое время.

Я вздрагиваю, когда слушаю его очевидную ложь и намёки. Бен сжимает челюсть так, что на его шее проступают вены, но отвечает:

Если Кэти хочет, то я не против.

Он прожигает меня умоляющим взглядом и его невозмутимость разбивается на осколки, что позволяет мне увидеть его ранимость. Глаза Бена умоляют меня не соглашаться. Не уходить с Арсеном.

Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста, не иди с ним. Останься со мной.

Знаете, быть эгоисткой значит, что тебя не волнует, когда кто-то находится у твоих ног, умоляет тебя остаться с ним, предлагая весь мир, своё сердце и душу. Это не имеет значения. Ты делаешь всё, что хочешь. Всё, что тебе нужно, ты делаешь ради себя. Ничего не имеет значения, кроме того, чего хочешь ты. Того, что нужно тебе.

Я хочу быть эгоисткой.

Я хочу быть легкомысленной.

Я больше не чувствую себя виноватой.

Я схожу с ума из-за мужчины и мне всё равно.

Я как наркоманка, в ломке. Мне необходим Арсен.

И я сердита.

Я сердита, потому что здесь с ним эта шлюха, а не я.

Не глядя на Бена, я вырываюсь из его хватки и беру за руку Арсена, тем самым принимая его предложение.

Я ускользаю.

Я ускользаю медленно от Бена и его объятий.

С удовольствием.

Странно. Почему-то мой голос звучит уверенно и спокойно, не выдавая бурю во мне.

Я отпускаю руку Арсена как только мы начинаем удаляться от группы.

Я не оглядываюсь, хотя большая часть меня хочет это сделать. Та часть, которая знает, что я ещё люблю Бена. Та часть, которая не позволила омрачить её решение.

Но я не оглядываюсь.

Хотя следовало бы.

От близости наших тел я снова воспламеняюсь от потребности в нём. Арсен наклоняется ко мне. От его дыхания, вырывающегося из-под маски, волосы на моей шее шевелятся и щекочут мою обнажённую кожу, а от его голоса по моему позвоночнику пробегает дрожь.