JustStuff - Unknown

– Бо, ты не ранен? – спросила она резким тоном.

– Нет, – мой голос до сих пор звучал хрипло. Я попытался потихоньку откашляться. – А ты?

Она посмотрела на меня с раздраженно-недоверчивым видом:

– Разумеется, я не ранена.

– Хорошо, – сказал я. – Э… можно спросить, почему ты такая злая? Я что-то сделал не так?

Вдруг она порывисто выдохнула:

– Бо, не говори глупостей.

– Прости.

Она бросила на меня еще один недоверчивый взгляд и покачала головой:

– Как ты думаешь, с тобой все будет в порядке, если я оставлю тебя в машине всего на несколько...

Прежде чем она успела закончить, я схватил ее за руку, которая лежала на рычаге. Эдит снова застыла, но руку не убрала.

Я впервые по-настоящему дотронулся до ее кожи – не случайно, и не всего на долю секунды. Хотя ее рука была холодной, как я и ожидал, мою ладонь, казалось, обожгло это прикосновение. Кожа была очень гладкой.

– Без меня ты никуда не пойдешь.

Эдит пристально смотрела на меня – как и раньше, словно ожидая, что я отпущу ее сам, – вместо того чтобы просто высвободить руку, что ей удалось бы с легкостью сделать одним рывком.

Через несколько секунд она закрыла глаза.

– Прекрасно, – снова сказала она. – Дай мне пару секунд.

Я был не против. Не убирая руки и пользуясь тем, что Эдит меня не видит, я открыто ее рассматривал. Мало-помалу лицо ее начало расслабляться, пока не стало гладким и равнодушным, как у статуи. У прекрасной статуи, созданной гениальным скульптором. Может быть, как у Афродиты. Не она ли была богиней красоты?

В автомобиле снова витал тот слабый аромат – неуловимый, я не мог его толком распознать.

Потом Эдит открыла глаза и медленно опустила взгляд на мою руку.

– Хочешь… чтобы я отпустил? – спросил я.

– Наверное, так будет лучше, – осторожно сказала она.

– Ты никуда не пойдешь? – проверил я.

– Думаю, нет, если ты так против.

Я неохотно отпустил ее руку. Было такое чувство, что я только что держал пригоршню кубиков льда.

– Лучше? – спросил я.

Она глубоко вздохнула:

– Не особенно.

– Что с тобой, Эдит? В чем дело?

Она чуть было не улыбнулась, но глаза оставались невеселыми:

– Возможно, это тебя удивит, Бо, но я несколько вспыльчива. Иногда мне трудно вот так простить тех, кто меня… оскорбил.

– Разве я…

– Бо, прекрати, – сказала она прежде, чем я произнес следующее слово. – Я говорю не о тебе, – ее глаза удивленно расширились. – Ты хоть понимаешь, что они не шутили? Что они действительно собирались убить тебя?

– Да, я вроде как сообразил, что они попытаются.

– Это просто нелепо! – похоже, она снова себя накручивала. – Быть убитым в Порт-Анджелесе? Что с тобой такое , Бо? Почему все смертельные опасности преследуют тебя ?

Я моргнул:

– У меня… нет ответа на этот вопрос.

Она склонила голову набок и, поджав губы, выдохнула через нос.

– Значит, мне не разрешается пойти и поучить тех головорезов хорошим манерам?

– Э… нет. Пожалуйста?

Она медленно вздохнула и снова закрыла глаза:

– Как неприятно.

Несколько минут мы сидели молча, пока я пытался придумать, что сказать, чтобы искупить свою вину за то, что… похоже, разочаровал ее? Именно так это выглядело – ее разочаровала моя просьба не искать группу вооруженных бандитов, которые… оскорбили ее тем, что угрожали мне. Это было непонятно, особенно принимая во внимание ее желание оставить меня в машине. Она что, собиралась идти пешком? Мы ведь отъехали уже на несколько миль.

В первый раз с тех пор, как я увидел ее сегодня, в голове всплыло слово, произнесенное Джулс.

В тот же миг глаза Эдит открылись, и я задался вопросом, не узнала ли она каким-то образом, о чем я думаю. Но она только посмотрела на часы и снова вздохнула.

– Твои друзья, должно быть, уже волнуются за тебя, – сказала она, и я посмотрел на часы. .

Было больше половины седьмого. Действительно, парни наверняка беспокоятся.

Не сказав больше ни слова, Эдит завела двигатель, развернула машину, и мы помчались назад к городу. В мгновение ока мы опять оказались под светом уличных фонарей и ехали по-прежнему слишком быстро, легко лавируя между машинами, чинно движущимися по набережной. Она припарковалась у тротуара, в промежутке, казалось бы, слишком тесном для «вольво», причем с первой попытки. Я выглянул в окно и увидел ярко освещенный вход кинотеатра. Джереми и Аллен как раз удалялись, быстро шагая в противоположную от нас сторону.