air - Unknown

В ответ на это Лола смотрит в пол, а у меня в груди сердце вдруг ощущается слишком крошечным. Я все поняла. Я никогда не вернусь к Джастину, но мысль, что он влюблен в ту, с кем сейчас – и что они поженятся – ощущается пусть иррационально, но болезненно.

– Когда мне позвонила Миа, я понимала, что она не абсолютно честна, но уж как есть, – продолжает Харлоу. – Люк с Миа встречались аж с шестого класса. Ее авария затронула нас всех – и очень сильно – и когда они с Люком расстались, нам, – она показывает на себя и Лолу, – пришлось решать, как лучше всего поддержать Миа. Это означало, что пришлось закончить общение с Люком, и это хреново. Потому что он был и наш тоже, понимаешь? Так что да, моя первая реакция была скорей всего не правильная, но искренняя.

Я знаю, что этих женщин многое связывает, и иногда проще сохранять поверхностное общение, чем всерьез постараться узнать их. Но я хочу таких же честных друзей, как Харлоу. Кто будет так же волноваться о моих переживаниях, даже если те будут мелочными и незначительными.

– Я понимаю, о чем ты, – говорю я Харлоу. – И уважаю это. Но все это не про тебя, не про Миа и не про их прошлое. Речь про меня и Люка – сегодняшних. Тут и так полно сложностей, – наклонив голову, мягко продолжаю: – Они расстались пять лет назад. Миа сейчас замужем. Это реально больше не про нее история. Совсем .

– Я знаю. Знаю, – медленно кивая, отвечает Харлоу и уже открывает рот, чтобы продолжить, но ее перебивает Лола:

– Миа сейчас даже не присутствует здесь, – не знаю, говорит ли она мне или Харлоу, или просто отмечает, что разговор идет без ключевого участника событий. Но потом Лола смотрит Харлоу в глаза и говорит: – А если бы и была, то сказала бы, что нам стоит обсудить что-нибудь еще.

Харлоу делает шаг ко мне и неожиданно сгребает меня в объятия.

– Прости меня. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Хочу, чтобы и Люк был счастлив, – положив руки мне на плечи, она немного отодвигается и тихо добавляет: – И кстати, так все мы его получим назад, да?

– Да, – отвечаю я. – Но я еще не знаю точно, что именно эти отношения значат для меня, – улыбнувшись, я пожимаю плечами. – И было бы замечательно выяснить это без дополнительных беспокойств, а не разозлишься ли ты на меня, если я все-таки решу, что хочу большего. Ладно?

– Ладно, – она кивает и снова притягивает меня в объятия, сжимая сильнее. – Но если он тебя обидит, я ему голову откручу.

– Договорились, Чокнутая.

Несмотря на то, что поддразниваю Харлоу, я смеюсь и тоже обнимаю ее крепче.

Люк

Трудно представить себя более мелкой сошкой, чем когда под конец встречи юристы складывают тебе в руки стопки своих заключений и, похлопав по спине, идут на обед.

– Отправь наверх в Архив, ладно? – просит Кевин и протягивает мне папку.

– Сделай пять копий, – дружески подмигнув, говорит Роджер и дает мне многостраничный файл. – И оставь потом на моем столе.

– Мне то же самое, Дэнни, – обернувшись, говорит Лиза. – Спасибо.

Я бы поправил ее – нас, стажеров, тут двое, и Дэнни невысокий чернокожий парень – но она уже вышла в коридор.

Обернувшись, я вижу у своего стола улыбающуюся Лондон. В животе все скручивает, когда я вспоминаю ее вчерашнюю улыбку после поцелуя.

Сегодня утром я написал ей, но в своей типичной манере Лондон ничего не ответила. Самое странное, что меня это не беспокоит. Я знаю, что Лондон нелегко дается признать свои чувства, которые при этом тесно связаны с ее дружбой с Лолой, Миа и Харлоу. Еще понимаю, что происходящее в ее голове мало чем похоже на мое, и мне стоит проявить терпение. Честно говоря, оно никогда не было моей сильной стороной, поэтому это мучительно трудно, но я уже свыкся с фактом, что Лондон для меня важна, так что результат нескольких недель терпения будет того стоить.

– Тебе помочь, Дэнни? – спрашивает она.

Я смеюсь и поправляю стопки в своих руках. Счастье видеть ее отчасти перекрывает унижение, свидетелем которого она стала.

– Что ты тут делаешь?

Она буквально светится. На ней оранжевый сарафан и сандалии; гладкие распущенные волосы доходят до середины спины. Никогда не видел их не растрепанными.

Бля, кажется, я люблю ее.

В груди что-то сжимается, и я свободной рукой ослабляю узел галстука. Лондон показывает на бумажный пакет в своей руке.

– Я принесла нам с тобой обед. Решила, что ты, наверное, голодный.