Voronkov - Harbin

Накануне они всю ночь проговорили с Лешкой Мальчиковым, и Болохову страшно хотелось спать. Ему бы встать и уйти, но разве уйдешь, когда рядом с тобой раненный в самую душу человек? Вот он ее и пожалел. Утром она напоила его чаем, а перед расставанием обняла и сказала: «Спасибо вам, Сашенька… За все спасибо». Он ушел, а она потом долго стояла у окна, опустошенная и одновременно счастливая, как бывают счастливы страдающие тяжелой болезнью люди, которых смерть наконец-то решила освободить от всех страданий.

Глава восьмая

Святки

1

Больше всего в жизни Лиза любила путешествовать. Когда она была маленькой, отец брал ее с собой в Петербург, куда он ездил по своим делам. А когда у Владимира Ивановича случался летом отпуск, то они всей семьей отправлялись на Желтое море, где у них была дача, перестроенная из большой китайской фанзы.

Зимой, в Рождественские праздники, Гридасовы тоже не любили оставаться дома. В начале святочной недели они, как правило, садились в служебный «линкольн» Владимира Ивановича, и шофер, пожилой хохол по фамилии Кондратенко, отвозил их в загородный пансионат, рядом с которым был лес и покрытые снегом сопки. Здесь среди деревьев была проложена лыжная трасса, а кроме того, были санные спуски и даже небольшой трамплин. Впереди была целая неделя отдыха, которую постояльцы пансионата старались использовать, как говорится, на всю катушку. У каждого были свои вкусы и предпочтения, потому одни могли целыми днями сидеть за карточными столиками, другие играли на бильярде, третьи – в шахматы, но большинство все-таки предпочитало развлечения на воздухе. Среди этих последних были и Гридасовы, которым не сиделось в тепле, и они постоянно выходили в зимний лес на прогулку. При этом Владимир Иванович следовал примеру своих детей и становился на лыжи, тогда как Мария Павловна любила пройтись по лесу пешком. Зато на снежных горках ее было не остановить. Облачившись в шерстяной спортивный костюм, она вместе с детьми забиралась на сопку, откуда они потом паровозиком съезжали вниз на санках. Здесь всегда было многолюдно. Дети, взрослые, студенческая молодежь… Шум, гам, веселые крики. И такое восхищение, такая радость в глазах людей… Бывало, летят на санках – ветер в лицо. Эй-эй, посторонись!.. И пронзительный визг, и восторг, и желание, чтобы миг этот длился долго-долго.

С годами Гридасовы не изменили своим привычкам. Летом, как и прежде, они отправлялись на Желтое море, а на Рождественские выезжали в загородный пансионат. Только теперь Владимир Иванович уже все реже становился на лыжи – сердце шалило, да и Мария Павловна стала предпочитать крутым горкам чтение романов в теплой постели. Но ставшие взрослыми их дети и теперь были готовы целыми днями гонять по лесу на лыжах. Хотя это больше касалось Лизоньки, а вот Петр со временем все чаще стал проводить время с университетскими друзьями, потихоньку отдаляясь от семьи. Отец, который тоже когда-то прошел свой путь взросления, смотрел на все это сквозь пальцы, а вот мама долго не могла привыкнуть к тому, что у сына появились свои интересы.

Как только Петр попадал в пансионат, он тут же присоединялся к веселой студенческой компании, с которой и проводил большую часть своего времени.

Больше всего Петруше и его товарищам нравилось бывать в соседнем пансионате, где обычно селилась разномастная публика, приезжавшая для куража. В большинстве это были молодые офицеры с барышнями легкого поведения, зажиточные повесы, молодящиеся дяди и тети, привыкшие к разгульной жизни, и еще бог весть кто. Там всю ночь гремела музыка, и рекой лилось вино. Утром Петя возвращался в свои апартаменты разбитый и чумной, а потом весь день спал вплоть до самого вечера, после чего снова шел с друзьями на поиски приключений.

Однажды он пришел с «фонарем» под глазом. На вопрос бедной матери, что это с ним, тут же соврал, заявив, что это он так неудачно упал, поскользнувшись на обледенелой ступеньке. На самом же деле он пытался защитить честь некой барышни, которую оскорбил пьяный офицер. Слово за слово – так и подрались. Позже помирились и вместе пили до самого утра шампанское, распевая патриотические песни.

В пансионате, где останавливались Гридасовы, тоже не обходилось без танцев под виктролу. Их устраивали в вестибюле первого этажа. Публика была здесь солидная, потому и танцевали все чаще вальсы да полечки. При этом никакого вина. Молодежи это не нравилось, потому она предпочитала сбегать туда, где было гораздо веселее и вольготнее.