Voronkov - Harbin

– Ну, куда же вы? Мы даже не поговорили с вами… Кстати, я не знаю, что с собой брать! И о цене мы не договорились…

– Готовь пятьдесят рублей, – не оборачиваясь, проговорил хриплым голосом незнакомец.

– А еда?.. Может, что захватить с собой?..

– Как хочешь… – равнодушно ответил косматый.

Вон как!.. – подивился Болохов. Такое впечатление, что они не за кордон собираются, а в преисподнюю. Если так, то тогда и в самом деле зачем им еда?..

– Ну а в котором часу ждать-то хоть вас? – напоследок спросил Александр.

– Как только стемнеет, так и приду… – был ответ.

– Не нравится мне все это, – произнес Болохов, возвращаясь к столу, где в небольшом, покрытом толстым слоем сажи котелке его ждала источавшая убийственные запахи картоха «в мундире». – Ей-богу, не нравится!

– Брось! – откликнулся Алешка, которому было известно о планах Болохова. – Разве не видишь? Все идет как по маслу…

Услышав скрип калитки, он машинально посмотрел в окно, пытаясь разглядеть в сумерках выходивших со двора гостей. Проводив их взглядом, он взял в руки вилку и стал гадать, какую бы картоху ему подцепить из дышащего паром котелка. К этой бы картохе немного сальца да холодного молочка, но об этом друзья как-то не позаботились. А все потому, что оба холостяки, которым наплевать, что там у них на столе, – лишь бы желудки набить. Как и Болохов, Мальчиков давно привык к одиночеству и теперь боялся любых перемен в личной жизни. Правда, однажды, устав от вечных вопросов соседей по коммуналке, которые никак не могли взять в толк, почему этот тридцатилетний чернобровый симпатяга до сих пор не женат, он все-таки решил исправить положение. Однако уже скоро его стало тяготить постоянное присутствие рядом с собой женщины, которая хотела все в доме устроить по-своему. Пришлось оставить ей жилплощадь, а самому снять угол в частном секторе, где хозяйкой была старая ведьма, не дававшая ему житья. Только и слышно было: то нельзя, этого не можно… Но потом она умерла, а так как избушка эта на курьих ножках числилась в горкомхозовском фонде, ордер на жилплощадь переписали на Алешку.

– Ты, наверное, думал, что такие вещи церемониалов каких-то требуют, а тут все просто: собрал в вещмешок пожитки – и в путь, – говорит он. – Главное – по темноте на милицейский или на тот же военный патруль не нарваться… Ну а на берегу пограничные дозоры… Хотя, видно, переправщик это опытный, дело свое знает. Ну а коль попадетесь… – Он как-то порывисто вздохнул. – Тогда пиши – пропало… Эти чекисты тебе все кости переломают, прежде чем отправят к праотцам. Не боишься? – вдруг спросил он Александра. – Нет?.. А вот я боюсь. Потому и не пытаюсь бежать. Наверное, потому что трус… А ты молодец!.. И твой дружок Аркашка Туманов тоже молодец…

Болохов даже рот открыл от удивления.

– Аркашка?.. Туманов?.. А что ты о нем знаешь? Я ведь его сто лет не видел. Ходили слухи, он в Добровольческой армии Деникина воевал…

– Вначале у Деникина, потом в Русской армии Врангеля, – сказал Алексей. – Осенью двадцатого заболел тифом и не смог вместе со всеми бежать за кордон.

– Ну и что?.. Где он сейчас? И почему ты его назвал молодцом? – пытаясь не выдать своего волнения, спросил Болохов.

Приятель как-то странно посмотрел на него.

– А тебе разве никто ничего не говорил?.. Хотя о том, что вы были с ним не разлей вода, только я один здесь и знаю… В общем, бежал-таки твой Аркашка за границу. Специально на Амур приехал для этого. Все ждал подходящего случая – и дождался…

– Выходит, он тоже?.. – не выдержал Болохов.

– Да, он был одним из тех пятерых, – подтвердил Мальчиков, имея в виду «харбинских беглецов», к которым у Александра был особый интерес. – Теперь живет и в ус не дует… Молодец! – снова похвалил он его.

Болохову бы порадоваться за Аркашку, а он вдруг сник. Ведь он понимал, что судьба того уже предрешена. Это хорошо, если его сердце почувствует беду, и он снова ударится в бега, иначе… Нет, Болохова бояться ему нечего – тот не посмеет выстрелить в старого друга, но тогда появится другой, у которого не дрогнет рука. Что ни говори, а на каждого приговоренного всегда найдется свой палач. Иначе бы в жизни не было столько крови…

На следующее утро Болохов появился в управлении и предупредил Дулидова о том, что завтра он уходит за кордон.

– Мы вас обязательно подстрахуем, – пообещал Василий Анисимович. – Кстати, проводник не говорил вам, в каком месте вы будете переходить границу?

Эти слова только вызвали у Болохова горькую усмешку.