Voronkov - Harbin

– Но в таком случае есть и третий путь! – воскликнула Лиза.

– И какой же? – поинтересовался Карсавин.

– Это уговорить его остаться!

Это было сказано так решительно, что Борис опешил. «Да, эта пойдет на все, чтобы не потерять Болохова», – подумал он.

– Господа, да что вы, ей-богу?.. – удивился Петр. – Вы так рассуждаете, будто бы Александр Петрович уже признался в том, что он красный… А если это не так? Вам не будет стыдно, что вы его подозревали во всех смертных грехах?..

– Я не знаю, господа… Я просто ничего не знаю… – схватилась за голову Лиза, и в ее глазах появились слезы.

Но не только она – вся семья впала в отчяние. А ведь еще какое-то время назад все было иначе. Гридасовы пребывали в хорошем расположении духа, но вот пришел Карсавин и принес им страшную весть.

– Я никогда не позволю своей дочери выйти за большевика, – неожиданно заявила Мария Павловна. – Мы с отцом не для того Лизоньку растили, чтобы она попала в руки…

От волнения она не могла подобрать нужное слово.

– Может, тебе капли принести? – взглянув на жену, испугался Владимир Иванович. Но она не слышит его. Ее мысли были заняты другим.

Вот так, все полетело к черту. А ведь они с женой думали, что выдадут дочь за порядочного человека.

– Если вы хотите поучаствовать в судьбе Александра Петровича, вам нужно поторопиться, – глядя на Лизу, сказал Борис. – Не то он может наломать таких дров! Сами понимаете: без вас он никуда не поедет. А если он останется здесь – ему конец. Не свои убьют, так чужие… Кстати, я слышал, здешние контрразведчики уже заинтересовались им. Видно, что-то пронюхали.

– Господи! – всплеснула руками Мария Павловна. – Да что же это творится на белом свете?.. Лиза, доченька, и не думай, я тебя никуда одну не отпущу!

Та сидела бледная и растерянная.

– Мама, мамочка… Прости! – в сердцах произнесла она и тут же обратилась к Карсавину: – Я не понимаю, вы-то что так печетесь о нас? Я спрашиваю, какое вам до нас с Александром Петровичем дело?

Того этот вопрос не смутил.

– Это все из-за уважения к вам, Елизавета Владимировна, – заверил он. – Впрочем, мне, как я уже сказал, и господин Болохов симпатичен. Не могу я не беспокоиться о вас!

Лиза как-то странно посмотрела на него.

– А что бы вы нам посоветовали? – неожиданно спросила она его.

Карсавин сделал вид, что думает. Он не спешил с ответом. А то ненароком решат, что он заранее его заготовил, а это будет выглядеть по меньшей мере подозрительно. А Лиза ждет. В глазах ее одновременно и боль и мольба.

– Если бы это коснулось меня, то я бы не поехал, – говорит он. – Но у меня другая история. В вашей же истории лучше отправиться в Россию…

Оставив Гридасовых в полном смятении, Карсавин уехал домой.

– И что же ты собираешься делать? – спросила Лизоньку мать.

– Надо немедленно поговорить с Сашей, – ответила та.

Мария Павловна с какой-то затаенной тоской посмотрела на дочь.

– Да… да, надо поговорить, – рассеянно произнесла она.

– Но это невозможно – ведь Александр Петрович находится на казарменном положении, – напомнил им Петр.

– И в самом деле… – произнес отец.

– А я позвоню Сергею Федоровичу и попрошу, чтобы он мне помог, – тут же сообразила Лизонька. – Он все может…

– Да уж, в этом ему не откажешь… – усмехнулся Петруша. – Тот еще жук.

– Не смей! – прикрикнула на него сестра. – Петя… как ты несправедлив к нему, – уже мягче произнесла она. – Когда-нибудь ты поймешь, что был не прав. Господин ротмистр замечательный человек. Самое главное, у него есть душа…

– А честь? Как насчет офицерской чести?.. – с сарказмом произнес брат.

Лиза покачала головой.

– Ты неисправим, – сказала она.

На следующий день Лиза с утра позвонила Шатурову и попросила, чтобы он устроил ей встречу с Александром. Тот не мог ей отказать. Только дал понять, что это будет очень трудно сделать. Однако где-то через пару часов Болохов уже сидел в пролетке, которая везла его в Модягоу. На душе было неспокойно. «Что случилось?» – слушая, как весело стучат о булыжную мостовую копыта молодой каурки, с тревогой думал он. Почему вдруг Лиза решила просить его о встрече? Он прокручивал в голове все возможные варианты, пытаясь найти ответ, но все они тут же отпали, как только он поговорил с Лизой.

Она выглядела бледной и очень взволнованной. Встретив Александра у порога, она тут же повела его в свою комнату – будто бы не хотела, чтобы кто-то из домашних увидел его. Однако когда они шли через гостиную, откуда-то появилась Мария Павловна. Увидев его, она коротко ответила на его приветствие и отвела глаза. Это еще больше насторожило Александра. «Произошло что-то очень серьезное, – решил он. – Может, Лизины родители решили, чтобы она больше не встречалась с ним? Но тогда какое они имеют право?.. Не им – Лизе решать, как тут быть».